— Не может быть! — Пия покачала головой. — Уж Лукаса я бы точно заметила. Наверное, они все еще у могилы.

Но у могилы полицейские встретили лишь кладбищенских рабочих, которые, несмотря на палящее солнце, работали быстро и уже заполнили землей почти всю яму.

— Я позвоню Лукасу.

Пия достала телефон и набрала его номер. Механический голос сообщил: «Вызываемый абонент в настоящее время находится вне зоны действия сети…» Конечно, он выключил трубку на время погребения.

— Поедем к Свении домой, — предложил Боденштайн. — Они наверняка там. Возможно, красавчик Лукас утешает ее более эффективно.

Пия ничего не ответила на это саркастическое замечание. Ей стало ясно, что у Боденштайна ничего нет против Лукаса. Возможно, симпатия к парню несколько искажает ее восприятие реальности, или же Боденштайн просто не может пережить, что Лукас так отлично выглядит, и работает принцип «в каждом курятнике должен быть только один петух»? И чем больше она над этим размышляла, тем больше склонялась именно к последнему объяснению. Тем не менее заноза сомнения прочно засела где-то в глубине души.

Мобильный телефон Лукаса был отключен, а Свения исчезла. Ни его, ни ее дома не было.

— Где же они оба могут быть? — Боденштайн взглянул на Пию. — Вы ведь хорошо знаете Лукаса.

Пия почувствовала, как краснеет. И лишь когда поняла, что Боденштайн сказал это без задней мысли, просто констатируя факт, то расслабилась.

— Может, он в своей фирме в Мюнстере, — предположила она.

Но и там их не было. Не было и в «Грюнцойге». И в садоводстве Захариаса в Шмибахтале. Пии вообще было непонятно, как Лукас и девушка могли куда-то уехать, ведь у Лукаса не было машины. Во всяком случае, она никогда не видела его машины. Она снова набрала его номер, и он наконец ответил.

— Ты не знаешь, где Свения? — спросила Пия, прислонившись к крылу «БМВ» Боденштайна. Ее шеф ушел к домику внизу, где был убит Йонас.

— Нет, — ответил Лукас. — Мы вместе были на погребении, потом она захотела домой.

— Сейчас ее там нет. Как вы вообще ушли с кладбища? Я не видела, как вы выходили.

— Я уехал с Тареком, а Свения — на своем мокике.

— А где ты сейчас?

— А вам зачем? Хотите меня видеть?

— Нет, я должна работать. — Пия посмотрела, где ее шеф.

— А позже? — Он понизил голос. — Мы увидимся позже? Вчера вечером было так хорошо. Правда.

Боже! Во что она втягивается?

— Опять играешь в «обольстителя»? — мимоходом спросила Пия.

Пару секунд Лукас молчал.

— Зачем вы это сказали? — Он был уязвлен. — Прошлой ночью я вел себя абсолютно прилично.

Пия пожалела о своих словах. Он прав. И она сама была рада, что Лукас с ней. Несправедливо сваливать все на парня.

— Я ничего такого и не думала, — быстро сказала она. — Но нам действительно надо серьезно поговорить со Свенией. Где она может быть?

— Может быть, у Тони, — предположил Лукас.

— Действительно, я об этом не подумала. Спасибо!

— Пожалуйста. — Лукас тихо рассмеялся. — Между прочим, наша домработница на две недели уехала к себе на Урал, и у меня теперь есть машина. Я могу сегодня вечером приехать к вам, если вы не против. Вдруг у вас опять вылетят предохранители и вам станет слишком неуютно в одиночестве.

Пия оторопела. Как он догадался? Разве она ему говорила, что ей не нравится оставаться дома одной? Пия увидела, что Боденштайн поднимается по лугу, и не стала отвечать на замечание Лукаса.