А для подтверждения осталось лишь подождать отклика в газетах. «Московская молодёжь» наверняка что-нибудь напечатает… Очень уж много ты накуролесил… Прежний Дарофеев такого себе не позволил бы… — Не подумав, высказал майор мысль, которая пришла к нему в голову, прикусил язык, но было уже поздно. «Да и к лучшему.» — Сразу же подумал Сергей Владимирович.

— А почему? — Встрепенулся Игорь Сергеевич. — Я что, очень сильно от него отличаюсь?

— Сильно. — Кивнул фээсбэшник. — У тебя сейчас частично восстановились знания и умения. Но не только это составляло личность прежнего Игоря… Он обладал мудростью, жизненным опытом. Он умел избегать ошибок и никогда не стал бы, как ты сейчас, попусту, ради развлечения, тратить свою силу.

— Да у меня этой силы!.. — Воскликнул Пономарь.

— Если её тратить бездумно, — Сразу прервал его Изотов, — Она иссякнет. Испарится, как и не было.

Кроме того… Жизнь любого человека, посвятившего себя самосовершенствованию, должна быть поставлена в очень узкие этические рамки. Но в их пределах — он может делать что хочет. Ты же, за сегодняшнее приключение, нанарушал столько, что волосы дыбом становятся…

Игорь Сергеевич не возражал. Со стыдом отметив, что действительно вёл себя как сбежавший с уроков школьник, Дарофеев заметно покраснел.

— Ты у себя наверняка читал про карму. — Полувопросительно констатировал Изотов. — Так вот, карма это не чьё-то там воздаяние за грехи, это кара, которая исходит от тебя самого. Любым своим поступком ты программируешь собственное будущее. Есть, конечно, и внешние факторы, карма прошлых жизней, карма родителей, астрологические влияния и так далее. Но всё равно, магистральную линию жизни делаешь ты сам. Прорабатываешь старую карму, набираешь новую, положительную, если можно так сказать об этом предмете.

И на кого пенять, если жизнь не удалась? Только на себя. Кого винить, если сперва всё катило по прямой, а потом попался камень и ты полетел в тартарары?

— Так это значит, что я сам виноват, что не помню ничего? — Удивлённо сделал вывод Дарофеев.

— Скорее всего — да. — Закивал Сергей Владимирович.

— И это всё — проработка моей кармы?

— Всё есть проработка…

— И, значит, всё это можно исправить?

— Конечно! — Радостно осклабился майор. — Этим-то мы с тобой и занимаемся…

— Да? — Недоверчиво пробурчал Игорь Сергеевич. — А я-то думал, что ты только и делаешь, что ставишь меня в идиотские положения и заставляешь из них выпутываться. А потом, когда всё кончается, я, с изрядной регулярностью, грохаюсь в обморок. Это, по-твоему, исправление?

— Извини, — Виновато потупился Изотов, — На этом этапе я не могу тебе всего объяснить…

— И не надо! — Чуть не выкрикнул Пономарь, он встал из-за стола и нервно прошёлся по кухне, — Я и сам могу догадаться. Ты пробуешь вызвать у меня шок и думаешь, что с его помощью ко мне вернётся память. Так?

— Это только часть терапии. — Сказал Сергей Владимирович, глядя на Дарофеева снизу вверх. — Но метод действительно таков.

— А нельзя ли… Как-нибудь более безболезненно?

— Может, и можно. — Погрустнев хмыкнул майор, — Но других способов я не знаю.

— Вот как… — Задумчиво проговорил Игорь Сергеевич. — А стоит ли мне вообще всё это переносить? В принципе, я доволен своим нынешним положением…

— Без прошлого, без друзей, без семьи, без работы, в конце концов?! — Изотов взорвался от возмущения.