— Но, если всё было так, как ты рассказываешь, — он мой должник? — Вот и решил разом со всеми долгами рассчитаться. — Угрюмо пошутил Сергей Владимирович.

Пономарь пожал плечами:

— Но ведь… Честь…

— Для мафии нет чести. — Изотов устало вздохнул, — Выгода. Прибыль. Вот их кодекс.

Теперь я понимаю, почему он с тобой так обошёлся…

— И?.. — Вопросительно поднял брови Игорь Сергеевич.

— Если бы он тебя устранил — Витя узнал бы об этом и не согласился бы работать на него.

— И всё?! — Пономарь развёл руками. — Ну, очень уж просто.

— Ты забыл о том, кто такой Витя. Он же гений желания. И Корень использует его как киллера, которого невозможно обнаружить.

— Но для чего?

— Власть. — Жёстко выговорил Изотов. — Разве она не самоцель таких, как Корень?

Игорь Сергеевич вынужден был согласиться.

Глава 14

Звонок Рыбака застал Кикоза в тот момент, когда тот уже сидел за рулём репневского «БМВ» и готов был возвращаться, вместе со своим подопечным и его телохранителями в город. Голос старика, странно искажённый связью, показался мафиози незнакомым. В нём чувствовался неподдельный страх, чего Кикоз никогда раньше не замечал за своим боссом.

— Срочно ко мне! — Приказал наркобарон.

Такой вызов означал, что случилось что-то действительно необычное. Впрочем, Кикозу уже было что доложить Рыбаку и он, ответив, что через пол часа будет, занялся проблемой поиска транспорта.

Другого выхода, кроме как обратиться за помощью к Николаю Андреевичу у него не было. Репнев не подал вида, что удивился, и предложил Кикозу тридцать первую «Волгу», которая стояла в подземном гараже особняка. Через пять минут мафиози уже гнал машину к Кольцевой.

Кикоза на КПП Бутырки знали как одного из адвокатов наркобарона и попасть к Рыбаку ему не стоило особого труда. Добравшись, в сопровождении вертухая, до камеры наркодельца, Кикоз был ошарашен увиденным зрелищем. Несколько зеков, в чёрных робах хозобозников, выносили мебель. Точнее не саму мебель, а то, что от неё осталось. Кикоз заметил среди обломков досок и кусков поролона несколько тряпок, по рисунку и цвету совпадавших с тканью, которая служила обивкой для рыбаковской обстановки.

Самого Рыбака в камере не было. Заглянув внутрь, Кикоз увидел полный разгром. Везде валялись какие-то обломки, окно было разбито, и в него залетал холодный ноябрьский ветер. Не пострадали лишь холодильник, устроенный в нише, да обои на стенах. Всё прочее превратилось в мусор.

Вскоре появился и сам Рыбак. Он пришёл в сопровождении какого-то майора-краснопогонника и от наркодельца явственно разило коньяком.

Визит Дарофеева в качестве бушующего призрака выбил старика из колеи. Никогда раньше мафиози не испытывал такого страха. Даже в те времена, когда общался с Гнусом. Явившийся в камеру Пономарь был ужасающ. Несмотря на пол литра армянского пятизвёздочного, в памяти Рыбака всё ещё стояли последние минуты визита Дарофеева. Его полупрозрачная рука, тянущаяся к груди наркобарона. В тот момент старик подумал, что сейчас эти, похожие на сардельки тумана, пальцы проникнут в грудную клетку и вырвут из неё сердце. Но внимание Пономаря-призрака привлёк ноутбук, который он, с озверелым выражением, лица яростно растоптал в пыль. Невосполнимой информации в его памяти не было, но для того, чтобы вновь загрузить новую машинку нужными сведениями потребуется несколько дней.

Увидев Кикоза, наркоделец что-то шепнул майору, тот кивнул и спокойно, не обращая внимания на снующих с мусором зеков, удалился. Рыбак взмахом руки подозвал своего эмиссара.