План же наркобарона позволял тому убить сразу нескольких зайцев.

Постоянно растущая организация Корня составляла для Рыбака серьёзную проблему. Репнев, непонятно как, устранял всех конкурентов и прибирал к рукам их бизнес и сферы влияния. Но непонятность эта разъяснилась в один момент. Когда старик узнал о существовании Вити Матюшина.

Файлы, в которых были сведения о мальчике, оказались скачаны из сети Драйвера по чистой случайности. Компьютерщики Рыбака просто скопировали большую часть запаролированных директорий из баз данных Корня. После нескольких суток работы шифры были взломаны и в руках наркобарона появилось досье на бывшего ГУЛа.

Аналитики наркодельца не обратили на него внимания, но сам Рыбак, просматривая украденную информацию, внезапно зацепился взглядом за строку «выдающиеся паранормальные способности». Не пожалев времени, наркобарон прочёл досье полностью и у него в голове начала вызревать схема действий.

Не составило особого труда сопоставить события прошлого года, когда погибли десятки, если не сотни, разного рода криминальных дельцов, и то, что стало происходить в последние недели.

Способ убийств стал более тонким, изощрённым, но в них чувствовалась одна рука. Или воля.

И не было сомнений по чьей указке действует эта воля. Все убитые, тем, или иным способом, мешали развитию одной единственной криминальной организации — мафии Корня.

И те два покушения, которые благополучно пережил сам Рыбак, были организованы той же силой. Силой слепоглухонемого мальчика Вити.

Поняв это, старик решил, что хумский гений должен принадлежать только ему. И не только для того, чтобы обезопасить себя от рук не сознающих себя убийц, хотя и это играло немаловажное значение. Побудительным импульсом для наркодельца была та самая власть, к которой стремился Корень. Но Рыбак, в отличие от него, не хотел так безрассудно использовать Витин талант. Не стоило столь широко, как делал это Репнев, расходовать людские ресурсы. Достаточно было того, чтобы все, кто представлял некоторую угрозу для Рыбака, знали о существовании у него такого оружия, которое позволило бы убить любого, в любое время и в любом месте. Знать о том, что это оружие живое им было ни к чему, главное — сам факт его наличия. А для убеждения можно было бы несколько раз использовать Витин талант и, после этого, оставить его в покое. Не выпуская, конечно, мальчика из-под своего влияния.

Весь вопрос был в том, удастся ли его убедить сменить «крышу». Рыбак был уверен в своих способностях убалтывать любого собеседника, но ему впервые придётся столкнуться с человеком, с которым можно общаться лишь посредством прямого обмена мыслями.

Кроме всего прочего, досье содержало один существенный пробел. Там не было ничего о том, почему и как Корень заставил, — или уговорил? — Витю работать на себя. Это создавало некоторые сложности в постановке будущего разговора, но старик надеялся на свой опыт и думал, что справится с задачей, которую перед собой поставил.

Для её воплощения старый наркоделец и затеял всю эту историю с объединением группировок, своей и Корня. Это дало возможность приставить к Репневу Кикоза, а уж тот, не теряя зря времени, связался с соглядатаем Вити и в ближайшие часы должен был предоставить обоих под очи Рыбака.

Всеми этими действиями наркобарон пытался решить ещё одну проблему. Проблемой этой являлся Пономарь.

Старый мафиози, в тех же секретных файлах Корня, вычитал, что целителя отравили и некоторое время держали на наркотиках. Однако тот непостижимым образом скрылся в тот самый момент, когда ему должны были ввести летальную дозу препарата. С тех пор произошло несколько неприятных событий, в которых Пономарь принимал непосредственное участие.

Но, анализируя их, Рыбак поневоле приходил в трепет от потрясающих возможностей этого человека. Судя по докладу, единственного оставшегося в живых боевика из засады у квартиры целителя, Пономарь не только умел летать, но и мог на лету останавливать выпущенные в него пули.