Они выпили за победу, доели ужин и принялись устраивать стоянку, позаботившись о ее надлежащей защите.

Джуравиль отправился на разведку, оставив Элбрайна и Пони одних.

— Мне действительно страшно, — созналась Пони. — У меня такое ощущение, что дорога, которая началась, когда я встретила Эвелина, теперь подходит к концу.

Несмотря на свои недавние храбрые слова, Элбрайну было нечем возразить.

Пони подошла и обняла его. Она заглянула Элбрайну в глаза, поднялась на цыпочки и поцеловала его. Затем опустила голову, чувствуя, как у нее внутри нарастает напряжение. Тогда Пони вновь поцеловала Элбрайна, уже настойчивее, и он ответил, прижавшись небритыми щеками к ее губам, чувствуя, как ее руки гладят сильную спину.

— А как же наш обет? — хотел спросить Элбрайн, но Пони приложила свой палец к его губам, потом начала целовать любимого снова и снова, увлекая вслед за собой на землю.

Элбрайну показалось, что они совсем одни в огромном мире под ярким звездным небом. И в этом мире нет ничего, кроме них и ласкового летнего ветерка, который обдувает им тело, нежно щекочет кожу и несет прохладу.

На рассвете, едва небо порозовело, они двинулись дальше, пустив лошадей вскачь. Все разговоры о том, как им проникнуть в Санта-Мир-Абель, отпали сами собой. Пока они не увидят монастырь и не поймут, насколько защищены подступы к нему, говорить бесполезно. Кто знает, может, в монастырь беспрепятственно пускают беженцев из близлежащих деревень. А может, наоборот: двери накрепко заперты и на монастырских стенах день и ночь толпятся десятки дозорных.

Сейчас об этом можно было лишь гадать, и потому друзья прекратили всякие споры и двигались вперед на полном скаку, намереваясь к следующему утру достичь Санта-Мир-Абель.

Здесь-то они и заметили дым, который, словно пальцы демона, поднимался над грядой холмов, окаймленных деревьями. Им уже доводилось видеть подобный дым, и они сразу поняли, что он исходит не от домашнего очага и не от походного костра.

Они понимали всю неотложность своей миссии и знали, что ставки в предстоявшей им борьбе слишком высоки. И все же, не сговариваясь, Элбрайн и Пони повернули коней и понеслись к холмам, а потом к деревьям, росшим на вершине. Джуравиль, прихватив лук, спорхнул с Грейстоуна и взобрался на самый верх, чтобы видеть всю панораму.

Элбрайн и Пони замедлили шаг коней, потом спешились и с осторожностью двинулись к вершине холма. Внизу, в лощине, напоминающей чашу, они увидели несколько повозок, нагруженных товарами. Судя по всему, люди приготовились к обороне — повозки были составлены вкруговую, хотя и не слишком плотно. Несколько повозок горело. Снизу доносились крики. Кто-то требовал воды, другие призывали готовиться к обороне. На земле валялись убитые, от нестерпимой боли стонали раненые.

— Купцы, — определил Элбрайн.

— Надо спускаться им на подмогу, — сказала Пони. — Наверное, камень души еще может кому-то помочь.

Элбрайн с сомнением поглядел на нее. До Санта-Мир-Абель не так уж далеко, и лучше не пользоваться камнями.

— Дождемся возвращения Джуравиля, — остановил он Пони. — Среди убитых нет ни одного гоблина или поври. Скорее всего, сражение только началось.

Пони согласилась, хотя ей больно было слышать крики и стоны раненых.

Вскоре вернулся Джуравиль, который устроился на нижней ветке, прямо над головами Элбрайна и Пони.

— Положение можно считать хорошим и плохим одновременно, — сообщил эльф. — Важнее всего, что среди нападавших нет поври. Одни гоблины, а с ними разделаться проще. Однако, их около сотни, и они готовят второе нападение.

Он показал в направлении южного холма, находившегося на другом конце лощины.

— Гоблины там, за деревьями.