— Святой Мириаль, какой кошмар! Ты в самом деле полагаешь, что сумеешь его вытащить?

— Не знаю. Но я собираюсь чертовски хорошо потрудиться, чтобы сделать это.

Кайта устала от смертей. Слишком уж часто они происходили в последнее время. И потом, ей нравился Эвальд. Он был хорошим человеком: добрым, прямым и отважным. В подобных людях они сейчас так отчаянно нуждались. Сержант был одним из тех, кто пришел сообщить ей о смерти Эви, и Кайте было не позабыть его тепла и участия в ту кошмарную ночь…

— Следи за его дыханием и сердцебиением и смотри, чтобы не возобновилось кровотечение, пока я буду шить, — сказала она ассистенту.

— Пока что он без сознания. Но может, лучше дать ему какой-нибудь препарат, чтобы он не пришел в себя раньше времени? — спросил Шелон.

Кайта покачала головой:

— Я не решусь. Это ослабит его организм, а он должен бороться, чтобы выжить.

Сержант лежал на столе в караулке. Командующий Мечами Божьими сидел рядом, прижав к лицу лоскут ткани. Он отказался от забот Кайты до тех пор, пока та не сделает все возможное для его товарища. Эвальд при смерти, и ему требуется неотложная помощь — иначе для него не оставалось надежды. Кайта не могла с этим спорить, однако настояла, чтобы Шелон осмотрел раны. Молодой лекарь выяснил, что оба глаза остались в целости, однако тварь располосовала Гальверону лицо, разодрав лоб и скулу. Окровавленные клочья кожи болтались, обнажая кость. Раны были весьма болезненными, но Гальверон был счастлив узнать, что зрение осталось при нем, и полагал, что легко отделался. Кайта намеревалась зашить его раны, когда для этого будет время, но сейчас ее больше беспокоил сержант, чья жизнь висела на волоске.

— Как он? — взволнованно спросил Гальверон. Кайта мельком взглянула на него.

— Я промою рану и залатаю ее, как сумею. — Она уже делала это, отвечая Гальверону. — Но ты, должно быть, и раньше видел солдат, раненных подобным образом. И сам можешь прикинуть его шансы…

Гальверон тяжко вздохнул.

— Я очень уважаю его, — мягко сказал он. — Эвальд был мне как отец, с тех самых пор как я вступил в ряды Мечей Божьих.

— Тогда помолись за него, — ответила Кайта. — Не знаю принесет ли это хоть какую-то пользу, но сейчас ему понадобится любая помощь, которую мы только сможем оказать.

— Помолюсь, — пообещал Гальверон. — Хотя я гораздо больше верю в твои умения.

В этот момент появилась Гиларра, сопровождаемая Бевроном. Она кинулась к Кайте и сунула сына ей в руки.

— Это Аукиль. Он ударился головой и никак не очнется. Пожалуйста, ты должна сейчас же его осмотреть.

Целительница покачала головой. Она уже начала зашивать живот Эвальда, осторожно укладывая на место вываленные кишки, и не осмеливалась даже на миг оторваться от своего сложного дела.

— Прости, — сказала она, — но этот человек из последних сил цепляется за жизнь. Сейчас я не могу оставить его, иначе он наверняка умрет. Мой ассистент осмотрит мальчика, а я займусь им, как только смогу.

— Но Аукиль тоже может умереть! Ты должна осмотреть его! Сейчас же!

Кайта не могла оторвать глаз от иглы и не видела лица иерарха, но ее высокий истеричный голос острым жалом впивался в мозг.

Просто отлично.