— Случайно не Дэд Уайт Евросентрик?

— Он самый! — призналась она со смешком. — После Киргизии у меня был короткий выходной, вот я и прилетела, пришла прямо к нему в студию, представилась и… После сеанса орального секса ему захотелось на мне жениться. Но музыкант он неплохой. Сценическое имя ни к черту, зато его танцевальные хиты занимают первые строчки в чартах.

— Верно, этот парень — студийный кудесник. Он может превратить тебя в звезду.

— Прекрасно! Я тащусь! Так и знала, что ты в курсе таких вещей. — Миссис Росс томно почесала подмышку. — Надеюсь, Мехметкик не очень обидится, если я его немного пощиплю. Знаю я его штучки! Француженка нюхнула лишку, и он мигом взял вместо нее французскую арабку. Случилась беда с Итальянкой — а у него наготове албанка из Италии…

— Не противься потоку, детка. — Старлиц вынул из кармана пиджака ручку, потекшую в самолете и испачкавшую ему рубашку. — Тебе повезло, у меня есть для тебя полезный человек. Он собаку съел в шоу-бизнесе. Шикарный фотограф. Зовут Тим.

— Что за Тим?

— Из «Эшелона».

— Почему-то в этом бизнесе люди предпочитают клички. — Бетси взяла клочок бумаги с нацарапанным телефонным номером.

Старлица отвлек шум внизу. Там разгружали причаливший к отелю катер. Работой руководил сам Мехмет Озбей, явившийся на причал в незапятнанных парусиновых туфлях, белых брюках и двубортном синем блейзере яхтсмена. Бархатный салон катера был забит огромным количеством дорогих белых чемоданов одинакового размера и формы, их извлекали наружу с конвейерной бесперебойностью. Чемоданов набралось несколько десятков — все тяжелые, словно полные тугих пачек купюр. Не иначе, Озбей занялся производством дорогих чемоданов из телячьей кожи.

— Если я уже сегодня улизну, ты меня прикроешь? — осторожно спросила Бетси.

— Обязательно!

— Пока, увидимся!

Миссис Росс тряхнула глянцевой шевелюрой и зашагала прочь. Зета бросилась за ней с перекошенным личиком.

— Подождите, не уходите!

— А что?

— Вы же из «Большой Семерки»! Это моя любимая группа, самая лучшая на свете!

Миссис Росс посмотрела на нее со смешанным чувством любопытства и жалости.

— Немудрено! Что я могу для тебя сделать? Дать автограф? — Она похлопала себя по пятнистым бокам. — У меня нет фотографии. Но не беда, я подарю тебе свой любимый лифчик.

— Я просто хочу… — Зета была близка к панике и слезам от преклонения перед знаменитостью. — Вы звезда! Будьте звездой для меня! Объясните, что к чему.

Бетси, успевшая задрать леопардовую майку, замерла.

— В каком смысле? Ты о поп-музыке?

— Конечно! Допустим!

— Ладно, — кивнула миссис Росс. — Иди сюда, я все тебе выложу как на духу. Я выдам тебе главный секрет. Скажу то, что известно нам, поп-звездам, и это будет чистая правда. — Высокая Бетси нагнулась, сияя глазами и вызывая восторженное доверие, и чмокнула Зету в лоб. — Не будь как твои родители!

И она, пнув дверь, исчезла, не оглянувшись.

— С ума сойти! — От изумления Зета не могла шелохнуться.

Старлиц почесал затылок.

— Не такое уж это откровение.

— Для меня — да, — молвила Зета. — Раньше никто не говорил этого мне. — От радости Зета расплакалась, не переставая сиять. — Я так счастлива, что это сказали мне!

Старлиц долго слонялся по верхнему этажу yali, пока не нашел еще одну девушку из «Большой Семерки» — Немку.