Нет. Он не жаловался. Больше того — киммериец был благодарен Крому за покровительство. Сколько раз северянин находился на грани гибели, и всегда ему удавалось вырваться из ее лап. Порой его спасало настоящее чудо.

И все-таки иногда тоска и печаль пожирали душу отчаянного бойца. Разве можно забыть «Тигрицу». А красавицу Белит? Сколько вместе они испытали пережили, какие налеты, грабежи и пирушки… Из той лихой команды уцелел лишь Конан.

Затем переворот в Асгалуне, бегство и цветущий Кирос. Вместе с Андураном им удалось справиться с последователями Золотого павлина. Кровожадная религиозная секта, убивающая женщин и детей…

Получив достойное вознаграждение, киммериец вновь отправился на поиски приключений. Кривая дорожка судьбы привела его в Шадизар. Разве это не ирония? Он обирал этот город несколько лет, и вот сам стал жертвой мошенника. Северянин невольно усмехнулся. За все надо платить. Покровитель воров Бел неплохо над ним подшутил.

Конан поднял глаза и встретился взглядом с Селеной.

Присев на корточки, девушка с нескрываемым любопытством смотрела на воина. Киммериец хотел ее о чем-то спросить, но маленькая волшебница его опередила.

— Впервые вижу тебя таким, — сказала Селена. — Сосредоточен, задумчив, пожалуй, даже печален. Лицо не воина, а мудреца.

— Когда-то я учился и этому, — горько усмехнулся наемник. — Моя жизнь — это сплошные войны, кровь, смерть и разрушения. Ничего другого я не видел… Да и не хочу. Мне почти тридцать лет. Пора обзаводиться собственным королевством. Подчиняться тупым, самолюбивым и тщеславным графам, принцам и султанам надоело. Может, правитель Кироса пособит другу в получении короны?

— Нет, — девушка рассмеялась. — Андуран воевать с соседями из-за подобного пустяка не станет. Власть для него — мирская суета. Он правит городом только из-за Афризии. Да, тебе и не нужна помощь.

— Почему? — удивился северянин.

— Почему? — гораздо серьезнее переспросила красотка. — Потому что наступит миг, и великий Конан взойдет на один из самых могущественных тронов Хайбории. Его слава и сила будут безграничны. Туран, Офир, Зингара и даже Стигия распластаются у ног повелителя.

— Неплохое будущее, — иронично заметил киммериец.

— Ты не понял, — Селена обиженно надула губки. — Это не догадка, а прорицание. Андуран взял меня в ученицы именно из-за дара ясновидения. К сожалению, я не могу им управлять. Видения появляются и исчезают неожиданно.

— А сейчас у тебя нет предвидения, что мясо опять подгорает, — с улыбкой произнес воин.

— Проклятие Нергала! — выругалась девушка, поворачивая вертел.

Вскоре начали возвращаться остальные путешественники. Возле костра образовалась огромная куча дров. Не теряя времени, Твил приступил к работе. Он разламывал ветки и сучья на палочки, примерно длиной в локоть и стягивал их в плотные вязанки.

Та же участь постигла и дерево Конана. Его сначала разрубили на чурки, а затем раскололи на поленья. Несмотря на то, что туногу помогали все мужчины, заготовка дров закончилась затемно. Быстро поужинав, воины легли спать. Как обычно, первым дежурил северянин.

Не успел светлоокий Митра осветить верхушки деревьев, а путешественники были уже на ногах. Наспех перекусив, мужчины начали выдвижение к проему в скале.

Селена немного задержалась, и киммерийцу пришлось ожидать ее у входа на тропу. А зрелище действительно потрясало… Узкая темная дыра, в которую с трудом удалось затолкать лошадь с поклажей, закончилась примерно через семьдесят локтей.