— Четверо.

— Тогда прошу к нашему костру, — улыбнулся мужчина. — Меня зовут Милах, моего спутника — Дидра, а женщину — Ильса. Мы три дня назад бежали из плена, и вот скитаемся по горам в поисках тропы, которая приведет нас домой.

— Это чересчур опасная дорога, — вставил Твил. — Одним вам ее не пройти.

— Жаль! — искренне расстроился лачиш.

Киммериец повернулся к проводнику и сказал:

— Позови-ка остальных. Пора располагаться на ночлег.

Туног внимательно посмотрел на Конана. Северянин оставался один на один с двумя противниками. А вдруг они совсем не те, за кого себя выдают? В Иглофийских горах возможно все, что угодно. Однако наемник был совершенно спокоен. Убрав меч в ножны, гигант неторопливо направился к роднику.

Источник вырывался на поверхность из расщелины в скале, примерно на высоте шести локтей от земли. Прозрачная, чистая вода стекала по камням, а примерно на уровне пояса человека срывалась вниз маленьким бурлящим потоком. За долгие годы место падения углубилось, и сейчас там была небольшая, но довольно вместительная лужа. Идеальное место для водопоя животных.

Воин без труда, даже в темноте, заметил многочисленные следы сердов на мягкой почве. Траву горные козлы тоже не пощадили и съели практически полностью.

Склонившись, киммериец подставил ладони под струю. Они быстро наполнились водой. Первыми пригоршнями Конан умылся. Холодная вода приятно освежала и бодрила. Усталость, накопившаяся за дневной период, немного отступила.

Выдержав едва заметную паузу, наемник жадно прильнул к источнику. Животворящая жидкость оросила сухие губы, и горло. Вода сводила зубы, но северянин пил и пил, не в силах оторваться от родника.

На первый взгляд, киммериец действовал беспечно, однако глубоко ошибался тот, кто так думал. Гигант постоянно стоял вполоборота и внимательно наблюдал за поляной. Вот во мраке скрылся Твил. Уходя, проводник явно нервничал и слишком часто оборачивался.

Конан невольно улыбнулся. Лачиши немного растерялись и нерешительно топтались на месте.

Дидра о чем-то тихо говорил, а Милах активно возражал. Время от времени они смотрели на северянина. В конце концов, воины убрали оружие и направились к костру. Женщина протянула им по большому куску жареного мяса. Устроившись на стволе дерева, вся троица приступила к ужину.

Оторвать путешественников от источника было практически невозможно. Селена едва не забралась в лужу. Жажда способна убить любого.

Люди насыщались довольно долго, с наслаждением обливаясь холодной водой. Даже не верилось, что всего двое суток назад отряд замерзал на перевале, проклиная мороз, ветер и моросящую ледяную пыль. Тогда одна только мысль о подобной сцене приводила в ужас. Но все меняется…

Расчесывая мокрые волосы, девушка смело двинулась к костру. В ее обязанности входило приготовление пищи, а воины сегодня изрядно проголодались. Киммериец и туног заготавливали дрова, а шемит поил лошадь и набирал воду в пустые фляги. Животное почему-то недовольно фыркало, то и дело, поднимая голову и поглядывая по сторонам. Что-то кобылу явно беспокоило.

Вскоре Твил и Конан присоединились к Селене. Подбросив несколько сучьев в костер, северянин надел кусок копченого мяса на острие кинжала и начал его разогревать. Ароматный запах расплывался по поляне, будоража ноздри.

Желудок возбужденно заурчал.

— Вы не сказали о лошади, — с легким раздражением заметил Милах.

— А разве это важно? — удивленно пожал плечами наемник. — Вы спросили о людях, и я не солгал. Нас всего четверо.

— От животного слишком сильный запах, — лачиш недовольно повел носом. — Он привлечет сюда хищников. В этих местах их чересчур много.