— Да я их обоих знаю, — фыркнул Обломов. — Дрянь людишки, честно тебе скажу. И дворянство-то их не без странностей. Свет их так толком и не принял. Впрочем, они не страдают. Всё стороной, стороной. Присматриваюсь к ним, честно сказать, не нравятся они мне. Однако в последнее время отвлёкся.

— Сильно отвлёкся, — посочувствовал я. — Присматривать уже не за кем. Иоганн, я слышал, уже с неделю назад пропал без вести. А брательник его третьего дня умер своей смертью.

— Что-о-о⁈ — вытаращил глаза Обломов. — Как это — умер?

— Ну, как люди умирают, — пожал я плечами. — Процесс загадочный, однако неотвратимый…

— Дак я не о том! А о том, что вчера видел Вольфганга! Живой-здоровый, дьявол его сохрани.

— Где? Как? — подался вперёд я.

— Да где — на улице. Я в коляске ехал, со службы возвращался. Припозднился, темно уже было. А он — по Благовещенской шёл, навстречу. Злой такой был, я ещё подумал — какой овод тебя в задницу ужалил, дай бог ему здоровья…

— Ну, здорово. — Я откинулся на спинку стула. — А я сегодня на могиле у него был. И, судя по дате, помер он позавчера.

Наступило молчание. А потом Гриша, один из телохранителей, подал голос:

— Дурное это — мертвяка увидеть.

— Ага, — подхватил Петро. — Верная примета: за тобой придёт.

— Так! — Илья Ильич долбанул кулаком по столу. — А ну, отставить суеверия! Я бойцов в телохранители нанял, или баб базарных?

Мужики смутились и замолчали.

— Вот то-то же, — кивнул Обломов. — Придёт за мной мертвец — будете меня от мертвеца защищать, а не придёт — так не придёт. Верно я говорю?

— Верно! — хором отозвались телохранители.

Я вернулся в комнату, которую мне выделили, но падать в кровать не спешил. Во-первых, было ещё детское время, а во-вторых, меня терзали смутные сомнения.

Вот чувствовал же изначально: что-то со смертью Головина нечисто. И — пожалуйста: Илья Ильич видит его гуляющим по одной из главных улиц после смерти.

Можно, конечно, сказать, что генерал-губернатор ошибся. Тяжёлый день на работе, сумерки, плохое освещение. Но тут мне в голову пришёл ещё один нюанс.

Когда я попросил Яблочко отвести меня к Иоганну, оно никуда и не подумало катиться. Изобразило на земле кружок, и привет — вернулось в стартовую позицию. А к Вольфгангу понеслось только так. Вывод напрашивался сам: Иоганн-то мёртв, а Вольфганг, соответственно, жив.

Можно было, конечно, допустить иной вывод: до тела Иоганна далеко, а Вольфганг — в радиусе действия Знака. В конце-то концов, что я об этом Знаке знаю? Может, его надо прокачать, чтобы он тебя из Смоленска в Поречье повёл. Лесовичка документации не предоставила.

Однако я решил довериться чуйке. И, выйдя на улицу, изобразил в неприметном месте Знак, наказав себе на него не возвращаться. А то тут, у Ильи Ильича, больно уж все дисциплинированные. То выбросят, это сотрут… Пешком дотопаю, не развалюсь.

А перенёсся я в «фонтан» без воды. Вышел оттуда и двинул уже знакомой дорогой, которой днём шли с местными охотниками.

Когда добрался до знакомого кладбища, уже основательно стемнело. В который уже раз я вспомнил Земляну, у которой хотел выцыганить Знак Факел. Думаю, предложить мне ей уже очень даже есть чего. Выбирай — не хочу. В следующий раз встретимся — затеем торговлю, вот прям зуб даю.

Впрочем, могилу Вольфганга я нашёл без проблем. К самой подходить не стал — притаился за здоровенной плитой у соседней могилы. Приготовился ждать долго, но уже буквально через пять минут начались чудеса.