- Таня, если я тебе скажу: уволься из клиники, ты в тот же день уйдешь? Сумеешь? Вот просто развернешься, оставив всех своих пациентов и коллег? Подставив друзей? - Виталий подошел к шкафам и вытащил сигареты, прикурил, затянулся.

Меньше всего, сидя сегодня с Федотом и скучая по Тане, он мог представить, что ситуация вот так вывернет, чтоб его!

- У вас есть контракт, в котором указано, что ты обязан отработать две недели, после подачи заявления об увольнении? - теперь в ее голосе, наряду со слезами, отчетливо звучал и сарказм.

Казак развернулся. Задело. Даже по столу захотелось садануть ладонью. Вместо этого, медленно выдохнул дым.

И напомнил себе, что, в принципе, Тане есть, с чего выставлять претензии. Он не посвящал ее в детали. Предложил на его решение положиться без всяких пояснений.

- Таня, ты не маленькая, и не можешь не понимать, что просто так, взять и уйти за день, когда все сейчас на мне завязано, я не могу. Тем более, пока Дима сидит. Да и потом, мне надо будет ему помочь на первых порах…

- Значит, ты меня обманывал? - она подняла ноги на стул и вся сжалась, устроила подбородок на коленях. - Знал, что не сможешь выполнить обещание, и все равно - соврал?

Виталий таки уперся кулаками в стол, на секунду полностью перенося вес на руки, вдавливая костяшки в дерево. Чтоб до боли, переключая акценты. Сжал фильтр, затягиваясь сквозь зубы. Выдернул сигарету, резким движением стряхнул пепел.

- Я не врал тебе, Таня. Я дал слово, и я его сдержу. И решу этот вопрос. Просто это невозможно сделать за день или неделю, - он цедил сквозь зубы. - Ну, е-мое, ты же взрослый человек, Таня! Неужели, не понимаешь?!

Виталий психанул. Выдернул сигарету. Зло затушил ее в пепельнице.

- А за сколько можно? - тихо и отстраненно спросила она, отвернувшись к окну.

- Не знаю! - огрызнулся в ответ. - Месяцев за шесть, может, до года.

Таня хмыкнула. Тряхнула волосами. Вздохнула. Но не глянула в его сторону.

- А если тебя убьют… завтра? Или за день до того, как ты себе граничную черту поставишь? Что тогда?! Кому тогда твое слово будет нужно, Виталя?! - она начала говорить тихо, а под конец уже орала.

Повернулась к нему, все-таки. Поджимая губы. Не из-за злости. Он видел, как ее трясет и Таня плач давит.

- Что тогда, Виталь, а?! Мне что делать? Как жить с этим?! А если я нашего ребенка ждать буду?! - тут ее голос снова упал. - Как это вынести? Саму мысль, Виталь?! Как?!

Он снова сжал зубы так, что челюсть заломило. Самому от ее слов внутри паскудно до воя стало. И все же он выдержал взгляд Тани. Да, и бесу ясно, что такого расклада ему хотелось бы меньше всего. Однако, он не мог не понимать, что подобный вариант вероятен.

- Ты не будешь ни в чем нуждаться в таком случае, Танюша. Все, что у меня есть, все деньги, недвижимость - тебе останется, я это уладил еще до свадьбы…

- А не пошел бы ты, Казак, на фиг, со своим «уладил»?! - вдруг заорала Таня. Соскочила со стула, сжав руки в кулаки. Ее телепало капитально. А он немного опешил от этого ора.

- И деньги свои, с недвижимостью, туда прихвати! - не успокаивалась она. - Мне ты нужен! Ты! Живой и здоровый! А не деньги или дома! Ясно?! Ясно тебе это?!

Вскинула руки, вцепившись в свои собственные волосы. Сгребла пряди в пригоршни.

- О какой безопасности может идти речь, если ты с пистолетом ходишь?! На тебя напасть могут? Ранить? Ты кого-то убить можешь? В тюрьму сесть?! О каких планах на полгода или год мы говорим, Виталь?! Ты же одним днем живешь, разве не так? И ни в чем уверен быть не можешь?

Он вновь перенес вес на костяшки кулаков, вдавливая их в стол.

- А кто может уверенным быть в «завтра», Таня? Где выдают такие гарантии?! - обиженно огрызнулся в ответ, достав новую сигарету из пачки.