Казак немного напрягся. Не, такое настроение ему, вообще, не нравилось.

- И картошку запечем в углях, а? С салом. Ты давно такие “деликатесы” ела? - он начал тихо растирать ее плечо, забрался под ворот куртки, поглаживая шею. - А то я тебя все икрой да трюфелями балую, никакой нормальной еды…

Она моргнула пару раз и прыснула, рассмеялась, как-то обмякнув, откинувшись на его руку. Вот и хорошо. Прям отпустило что-то за грудиной, что до этого и не осознавал, даже.

- А ты умеешь? - все еще со смехом уточнила она, глядя снизу вверх, не освобождая его руку.

Казак усмехнулся и потянул ее на себя, обняв крепко двумя руками, вместе с пледом этим.

- Я с картошкой тебе такое сотворить могу, что не каждый шеф-повар умеет. Любой каприз, Зажигалочка.

Поцеловав ее в ледяной нос, он поднялся.

- Сейчас запасы принесу. Думаю, начнем с глинтвейна, а то ты уже околеваешь, по ходу.

- Виталь, мы так сопьемся, - с сомнением покачала Таня головой. - Лучше чая еще.

- Не бойся, я за тобой прослежу, чтоб не буянила, Танюш, - не согласился он.

Может Таня чай и любит, но настроение он ей точно не спасет, тут Казак мог с кем угодно спорить. А оно ему надо - ее депрессия и хандра? И подавно нет. Ему надо ее отвлечь от грустных мыслей, до которых сам и довел. И чтоб на эту тему, вообще, ничего больше в голову не лезло. От греха подальше.ГЛАВА 13О реальной стоимости колье, которое Виталий ей подарил, Таня узнала недели через две. Когда Маша, администратор клиники, видно, что стесняясь, тихо спросила, поймав ее в коридоре:

- А это, правда - Картье? Настоящее?

Девушка показала на колье, которое Таня так и носила, не снимая, потому что Виталий то и дело смотрел, касался этого украшения на ее шее. Не то, чтобы проверял, наверное, но будто бы испытывал необходимость быть уверенным - она его носит.

- Что настоящее? - переспросила Таня, размышляя о состоянии кошки, которую они уже третий день пытались вылечить от пневмонии.

Оторвалась от карточки, что просматривала на ходу. Уставилась на Машу с непониманием. Девушка смутилась еще больше и даже немного стушевалась.

- Извините, Татьяна Николаевна, - Маша отступила. - Глупо. Ясно, что настоящее, - еще тише пробормотала она и протиснулась мимо Тани, торопясь, наверное, на свое рабочее место.

Таня ничего не поняла из этого “разговора”, и даже не сразу сопоставила, о чем Маша спрашивала. Она плохо разбиралась в брендах, если речь шла не о кормах для животных или лекарственных препаратах. Но все же, в этом названии Тане было что-то знакомое. Слышала, но никак не могла поймать ассоциацию. Закончила заполнять карточку, уточнила схему лечения; проверила прооперированных вчера животных и тех, кого они оставили на ночь в клинике из-за тяжелого состояния, чтобы наблюдать. Да и с Вадимом… Ситуация складывалась как-то неприятно. Вроде до открытого конфликта не доходило, но после их пикника, отношения становились все хуже, переходя на рабочую сферу, и напряжение нарастало. Это уже замечали и чувствовали другие сотрудники. Однако Таня пока старалась как-то лавировать и сглаживать. Хотя, порою, ее это раздражало неимоверно. Как сегодня, например, когда он пытался спорить с ней о плане лечения осмотренной шиншиллы. Причем, из чистого упрямства, это даже ощущалось. И в ущерб животному же, что больше всего бесило Таню!

Так что, только потом, вернувшись в кабинет, решила все-таки найти информацию про это “Картье”, которое крутилось в голове после вопроса Маши.

А уже через десять минут она раздраженно набирала номер Виталия, пялясь на картинку точно такого колье, как то, что висело на ее шее.

- Да, Танюш? - отозвался Виталий практически после второго гудка. - Ты ж говорила, что сегодня выше головы загружена, что-то случилось?

- Ты в своем уме, Виталь? - она его почти не услышала.