Я поискал кнопку запуска двигателя, но она не сработала. Какая-то еще секретка была у этой машины. Таня улыбнулась. В полумраке салона я заметил, какая красивая у нее улыбка.

Машина мигнула панелью приборов, и двигатель запустился. Низкий утробный бас подсказал, что я правильно выбрал тачку. Если она так рычит на холостых, то что будет, когда я нажму на газ.

Не включая фар, я вырулил в проулок, который указала мне Таня. Сейчас девушка была моим штурманом. Включать системы навигации было бы не разумно. Нас тут же могли засечь.

— Я занимаюсь отслеживающими приборами. Скоро все отключу, — шепотом сказала мне Таня, словно прочитала мои мысли.

Мы плавно скользили по узкой улице, тесно зажатой между бетонных стен. Я понимал, что еще немного, и будет темно. Отсветы пожара уже остались позади, а Таня все никак не могла закончить.

— Черт! — ругнулась она. — Будь у меня железо помощнее, уже бы вскрыла эту жестянку. Полицейские машины не чета клановым. Тут напихано столько. Все, пожалуй! Можешь запускать вспомогательные системы.

Я коснулся панели и включил электронику машины. Белый свет фар тут же разогнал тьму перед нами. Вся панель приборов засветилась. Экран медиа-системы ожил, показывая статус агрегатов машины. Мгновение все было хорошо, но тут заскрежетал передатчик.

— Патруль двадцать-двенадцать, почему покидаете зону происшествия?

— Черт! — вполголоса снова произнесла Таня и замерла.

Я видел, что она работает. Но пока ничего не менялось.

— Патруль двадцать-двенадцать ответьте! — требовательно произнес передатчик.

— Патруль слушает, — ответил я.

На том конце повисла тишина.

— Почему отвечаете не по уставу? — голос был удивленный, отчего, кажется и сам начал говорить не в уставном порядке.

— А почему спрашиваете не по уставу?

Я посмотрел на Таню, она моргала и смотрела на меня.

— Работай, — прошептал я.

— Я-то работаю, — уверенно заявили в передатчике.

— Отлично! — воскликнул я. — Просто хотел убедиться, что вы хорошо выполняете свои обязанности.

— Это я хотел выяснить, почему экипаж действует без приказа. Должен быть приказ: покинуть место происшествия!

— Приказ получен! — отрапортовал я, стараясь запутать диспетчера еще больше.

— Какой приказ⁈ — выкрикнул передатчик.

— Я только что услышал приказ покинуть место происшествия. Выполняю!

Я вдавил газ в пол. Движок взревел. Колеса взвизгнули и, провернувшись, выбросили мелкие камешки. Крошево забарабанило по подкрылкам. Машина словно пинка получила. Едва не встав на дыбы, рванула вперед.

«Улучшенное зрение! — скомандовал я. — Желательно дальнозоркое».

«Выполнено с ограничениями», — отчитались наниты, уже не добавляя свою любимую фразочку про сродство.

Дорога обрела видимость и объем. Похоже, наниты провели сканирование и сейчас строили проекцию. Да пофиг! Новое зрение позволяло мне видеть гораздо дальше пятна света от фар. Пока Таня не закончит со взломом, нужно отвлекать внимание. Моя клоунада пока работала, но сдается мне, это ненадолго.

— Патруль двадцать-двенадцать, срочно остановитесь и заглушите двигатель! — завопил диспетчер.

Я взглянул на Таню, та только пожала плечами.

— Вашего патруля здесь больше нет! — голосом кинозлодея произнес я.

— Кто там? Кто в машине?

— Я бог смерти! Пожрал мозги ваших людей и теперь захвачу этот отсталый мирок! — я рассмеялся не своим голосом.

Таня прыснула, но тут же замолчала.

— Шутник, да? — неуверенно спросил диспетчер.