Я подумал об это сейчас и решил, что сам бы сделал что-то такое, если бы хотел наказать того, кто решит обезвредить бомбу без моего участия.

— Я все проверил, никакой связи. Ни технической, ни магической.

Усатый повел рукой, и на его ладони возник крохотный белый росчерк молнии. Ясно. У сапера тоже был дар. И, видимо, он использовал его в своей области. Отлично!

— Тогда, выйдете или встаньте мне за спину.

Усатый кивнул и предпочел выйти. Он прекрасно знал мощность бомбы. На его месте, кто-то другой, вообще бы свалил из дома. Но я слышал, что выйдя из комнаты, сапер остался в коридоре — шаги замерли.

Что ж, идея моя была простая. Я помещу бомбу во вневременное поле. Так она не сможет взаимодействовать с этим миром некоторое время. Предположительно часа три. Все зависело от влитой силы, но я полагал, что за это время нам удастся вытащить бомбу наружу и оттолкать подальше в лес или на поляну, если такая найдется рядом. Я никогда не задумывался, как быстро срабатывает магия. Но мне казалось, что её действие мгновенно. Но даже если детонатор сработает, и внутри поля окажется взорвавшаяся бомба, этот взрыв окажется заточенным в кокон. А через несколько часов, когда поле исчезнет, он взорвется в безопасном месте. Так что, все просто. Но почему-то у меня вспотели ладони, когда я сосредоточился.

«Так, Строев, успокойся!» — приказал я себе.

Нужно либо всех выводить из дома, отправлять подальше и накидывать на себя защитный кокон, либо перестать нервничать и просто сделать задуманное. При всем осознании риска, я прекрасно понимал, что моя идея сработает. Просто иррациональный страх иногда проявляется на ровном месте. Кстати, это отличная возможность потренировать самоконтроль. Давненько у меня не было таких шикарных возможностей сделать это.

Я проделал несколько вдохов-выдохов и набросил кокон на всю конструкцию, включая стеллаж.

Голубая дымка окутала бомбу. Какие-то провода, тянущиеся к потолку, повисли лапшой, оборванные полем. Ножки стеллажа тоже обрубило и четыре цилиндрика со звонким бряканьем упали на пол.

В дверь ворвался десятник. Не знаю, что он подумал, но взгляд у него был бешеный. Я усмехнулся и махнул ему рукой. Если бы все взорвалось, то тут уже был бы ад.

Посреди кладовой в воздухе висела голубая сфера. Внутри нее застыла картина, достойная полотна абстракциониста. Бомба успела сдетонировать, и разнесла все те части, из которых состояла. Цилиндры покрылись сетью трещин, какие-то части хаотично перемешались. В самом центре виднелся ослепительно белый шар, окруженный оранжевыми протуберанцами. Красиво, и столь же смертельно.

— Вытащите это подальше и оставьте там. И присмотрите, чтобы никто не подходил близко, — приказал я десятнику.

— Есть! — произнес он, все еще пораженно разглядывая тонкую оболочку, отделяющую нас от мощи взрыва. — Но как это вытащить? В двери не пройдет.

— У вас есть чуть больше трех часов, чтобы разобрать нужного размера проход. Главное, не забудьте потом восстановить стену, — усмехнулся я. — И не бойтесь, в ближайшие три часа эта штука абсолютно безопасна.

Время я знал совершенно точно, как любой, кто создал бы такое заклинание.

Я подошел ближе и пнул кокон ногой. От удара он чуть покачнулся, сдвинулся и поплыл к стенке.

Я развернулся и вышел из комнаты, поднялся на второй этаж.

Тётка все так же стояла и тряслась.

Я спокойно подошел к ней, наклонился и забрал лежащие рядом бумаги.

— Андрюша? — удивленно воскликнула тётка.

— Можете расслабиться, не взорвется, — мимоходом бросил я и пошел к выходу из комнаты.

За моей спиной раздался звук падения тела на пол и затем послышались слезные причитания.