— Надо как-то подать сигнал, что мы здесь, — произнесла Лена, все еще обнимая меня за шею и, кажется, не собираясь отпускать.

Близость ее тела была приятна. Несмотря на ситуацию, я вдруг почувствовал, что от Лены просто восхитительно пахнет. Запах смешивался с привкусом гари и влажной земли, но легко перебивал их, заставляя втягивать воздух чуть сильнее. Хотелось вдыхать этот легкий аромат, сохранить его. Я повернулся к девушке, ткнулся носом в волосы, втянул воздух. Голова закружилась. Тело стало немного ватным, зато где-то внизу все налилось кровью.

— Нравится? — прошептала Лена, чуть наклонив голову, позволяя мне добраться до основания шеи. Здесь запах усиливался, начинал будоражить. — Меня возбуждает опасность, — произнесла она, склонившись к самому уху.

Ее горячее дыхание обжигало, а тембр голоса заставил слегка подрагивать от предвкушения.

Да что же это такое? Где-то на краю сознания билась мысль: там наверху боевые товарищи, они ищут нас, переживают. Странно, но едва я попытался подумать о Тане, как ее образ тут же уплыл, растворился, превратился в горячие податливые губы Лены. Девушка тяжело дышала, грудь ее вздрагивала. И я только сейчас понял, как плотно она прижата ко мне.

Лена высвободила руку и провела ладонью по моим волосам, запустила пальцы в волосы. А потом вдруг резко впилась губами в мои и закрыла глаза.

Мы целовались, лежа на обломках камней, врезающихся мне в бок, на холодной земле, которую я сразу перестал ощущать.

Я понимал, здесь что-то не так, но Лена наседала, страстно и немного агрессивно целовала меня, не давая опомниться и вдохнуть.

Наконец девушка чуть отстранилась, и я смог втянуть воздух полной грудью. Я полулежал на куче обломков, а Лена сидела на моих ногах, упираясь коленками в землю. Я видел, как камешки впивались в плотные кожаные штаны, но девушка даже не подумала их убрать. Я молча дышал, не отрываясь смотря в глазе Лене. Она, чуть разжав губы, закусила нижнюю, но тоже смотрела на меня. Еще пару секунд я думал о том, что происходит наверху, но осознал лишь одно — там все тихо: ни выстрелов, ни взрывов, ни криков.

— Да какого черта! — хрипло произнес я и притянул девушку к себе.

Лена с тихим выдохом отдалась в мои объятья, принялась ласкать шею, гладить меня по рукам. Раздвинула ноги, плотнее прижавшись ко мне, начала едва заметно двигаться взад-вперед. Затем выпрямилась, изящно прогнув спину, осталась сидеть верхом. Начала стаскивать с себя куртку. Осталась в одной полупрозрачной блузке, ничуть не скрывающей шикарную грудь.

Лена улыбнулась, наклонилась надо мной и вновь принялась целовать. Ее губы скользили по шее, щекам, глазам, потом возвращались к моим губам, и я начинал чувствовать такой прилив сил, что готов был свернуть горы.

«Зафиксировано влияние биохимических веществ», — запоздало заверещали наниты.

«Плевать! Захлопнитесь!»

Я зарычал, стянул с Лены блузку стал ласкать. Девушка запрокинула голову и несколько секунд сидела так, затем быстро поцеловала меня и вскочила на ноги.

— Я больше не могу… Хочу… — говорила она, стягивая с себя штаны.

Тоже поднявшись, я снял остатки плаща и бросил на землю — будет хоть немного мягче. Стащил майку через голову и добавил к плащу.

Лена подошла ко мне вплотную. Тонкая паутинка кружева, казалось, едва держится на ней.

Я позволил девушка стянуть с меня штаны и тут же почувствовал ее горячее дыхание в паху. Несколько минут наслаждался тем, что она делала, затем поднял ее с колен. Посмотрел в глаза. Там было озорство и желание. Я улыбнулся и одним движением сорвал с нее кружевные трусики.

— Это было необязательно, но я люблю грубую силу, — хрипло произнесла Лена, не сводя с меня взгляда.

— Я догадался, — усмехнулся я, помогая ей улечься на плащ.