|
Она попыталась сопротивляться, отсюда — внутренние кровоподтеки на коже рук. Маловероятно, что жертва добровольно отправилась в Вашингтонский парк глубокой ночью, тем более в ту развалюху, где ее убили. Она заботилась о своем теле, кроме того, анализ ее крови показывает, что она не была маргиналом, скорее наоборот, он свидетельствует о ее очень правильном образе жизни. Значит, сюда ее привез наш тип X. Отсутствие волокон текстиля в ранах указывает на то, что, когда он убивал ее ножом, она была голой. То есть он притащил ее внутрь старого дома между полуночью и четырьмя часами утра. Напомню, что предварительно он в большом количестве использовал меркаптан — это было несколькими днями ранее — и заколотил вход в хибару, несомненно, чтобы убедиться, что никто не проникнет внутрь. Возможно, он проветрил помещение перед тем, как прийти туда с жертвой, поскольку я плохо себе представляю, как он смог бы долго находиться рядом с телом, ведь запах там стоял невыносимый. А ему, напротив, было нужно, чтобы для воплощения его фантазий обстановка в сторожке была исключительно благоприятной.
Салиндро слушал внимательно, время от времени кивая, тогда как Бентли недовольно морщился по мере появления в рассказе Бролена патологических подробностей. — Итак, наш тип оказался вместе с женщиной, все еще находившейся без сознания. Они были посреди леса, вокруг — непроглядная ночь. Он взял на себя труд перенести ее в хижину, что говорит не только о том, что у него есть машина, но и о том, что он почти триста метров тащил ее через лес на руках. Для того чтобы придумать столько изощренных шагов, действительно нужно заранее все хорошенько обдумать. — Может быть, он не знал никакого другого уединенного места, — предположил Бентли. Бролен покачал головой. — Нет, он конечно же вез ее на машине по Кингстон-драйв: в этом случае он мог спокойно углубиться дальше на юг или на восток, к густым необитаемым лесам, где тело очень долгое время пролежало бы никем не найденным. Значит, если он решил везти ее сюда, у него была конкретная цель. Он хотел, чтобы труп обнаружили. От этих слов оба слушателя вздрогнули. Бролен продолжал: — Он выбрал достаточно уединенное место, чтобы проделать все без спешки, обстоятельно, но поскольку в хибару все-таки забредают случайные прохожие, он понимал, что рано или поздно труп будет обнаружен. Некоторые другие детали подтверждают эту гипотезу, но к ним я вернусь немного погодя. Ну вот, он оказался с ней в этой халупе и стал раздевать ее, дабы насладиться ее телом. В этот момент она находилась под действием хлороформа. Но вот она медленно приходит в себя, у нее раскалывается от боли голова. Наш тип раздевает ее, не решаясь прикоснуться к телу. Поскольку она стонет или шевелится, ему приходится довольствоваться только своими фантазиями, он думает о том, что он с ней сделает. Теперь она в его власти, он может поступить с ней по своему усмотрению. Однако он не хочет воспользоваться ею, пока она еще жива. Для него она — объект удовлетворения желаний. Она перестала быть абстрактной женщиной в то мгновение, когда он ее заметил; он сразу же понял, что она теперь принадлежит ему и только ему. Бролен задумался и добавил: — Он смотрит на ее голое тело, она — его вещь. И все-таки что-то привело его в бешенство: возможно, она открыла глаза или просто попыталась подняться, заговорить с ним — то есть подала признаки жизни; на самом деле она даже не могла себя контролировать; он набрасывается на нее и втыкает нож около двадцати раз. Бьет ее ножом до тех пор, пока она не становится неподвижной. Теперь жертва превращается в объект наслаждения, к которому он стремился, в механический источник удовольствий. Погружая нож в ее тело, он присваивает ее — это как транс, он больше не способен остановиться, он орудует ножом, как пенисом, ее кровь брызжет, словно семя, и он забывается, дважды кусая ее за бедра. |
