— Пойду кофе приготовлю, — сказала Зина, — чует мое сердце — придется до утра кемарить…

— Ну вот, — зевнул Лопухин, глядя на цифры, обозначающие время. Одиннадцать ночи. Я в это время уже сплю обычно…

Но тут компьютер издал звонкий писк. Лопухин и Зина тут же глянули на экран. Верхняя надпись осталась прежней, а нижняя заменилась и стала мигать: «Virtual exit on reserve sector — detected. Direction — recognized».

— Блин! — вздохнул Василий. — Всегда так везет! Как подумаешь об отдыхе, так и получишь прикол.

— Неужели зацапаем? — пробормотала Зина.

— Если не спугнем… — проворчал Лопухин. — Вывожу на режим анализа сигналов.

— Вася, родненький, их надо заловить!

— Не бубните под руку, госпожа Баринова, — мрачно ответил Василий Васильевич, орудуя «мышью». На экране один за другим раскрывались прямоугольники, менялись надписи.

— Так и есть, — вздохнул Лопухин, — минимум три уровня защиты. Первый семечки. А вот два других… Можно увязнуть.

— Васенька, ты же такой умный! Сделай.

— Делаю, делаю… — Теперь Вася щелкал клавиатурой. — Есть! Прошел! Старому хакеру дяде Васе — ура! ура! ура! Опа! Четвертый возник. Во козел, а?

— Вася, они уже почти минуту на связи, быстрее!

— Быстро, Зина, только кошки размножаются… Пока у них только обмен паролями завершается. Сейчас, пройдем четвертый… Все! Пошла считка!

— Лишь бы они не успели закончить.

— Не успеют. Теперь мы все отловим — от и до. Конечно, эта Сарториусная микросхема до ужаса хитренькая. Прямо скажем, совсем не то, что у Винюшки и Зейнабки. Интересно, очень интересно…

— Вася, — спросила Зинаида, — а чего ты не выводишь перехват на экран? Или на звук хотя бы?

— Зачем? — зевнул Вася. — Куда спешить? Кончится выход — спокойненько поглядим запись. Пожалуйста, можно, если хочешь, записать выход как есть, в картинках, хотя на это до хрена памяти уйдет.

— Нет уж, давай не жалеть памяти. Десять гигабайт тебе хватит.

— Приказ начальника — закон для подчиненного. Врубаю.

На экране компьютера возникло нечто вроде коридора из бетонных плит, само собой, аккуратненьких и чистеньких, словно кубики из детского «конструктора». Стыки этих плит были обозначены розовыми линиями, и получалось нечто вроде анфилады из уменьшающихся розовых прямоугольников, уходящих в бесконечность. Эта анфилада с большой скоростью наезжала на зрителя.

— Мы все видим ее глазами, — доложил Лопухин. — Этот коридор — и есть виртуальный выход.

— А Сарториус где?

— Где-то там, — ухмыльнулся Василий, указывая пальцем в набегающие прямоугольники.

— Он может обнаружить, что Таня работает под контролем?

— По идее — не должен. Но гарантии дать не могу. В конце анфилады внезапно воздвиглась розовая стена. Движение прекратилось, зато откуда-то из пустоты высунулась рука, пальцем нарисовала на стене цифры «1094», и стена разошлась в стороны, словно двери вагона метро. За ней оказалось сразу три розовых туннеля. Таня решительно свернула налево.

Опять появилась стена, и рука опять написала цифры, но уже другие:"0945».

Когда стена разошлась, открылось что-то вроде затемненного помещения, в котором появилось некое аморфное светлое пятно.

— Пароль? — послышался строгий механический голос, исходивший из пустоты.