— Чего, тикает? — Русаков, несмотря на общую усталость и никудышное настроение, попробовал поехидничать.

— Шуршит, — отозвался Ваня. — Черт его знает, может, и правда, какая-нибудь дрянь в свинцовом контейнере… Насчет радиации я как-то не подумал, это правда. Ты не знаешь, что на том заводике делают?

— Не-а, — мотнул головой Валерка, — понятия не имею. Но что-то оборонное это точно. Раньше делали. Сейчас он стоит и не фурычит.

— Фиг его знает, — недоверчиво произнес Ваня, — может, и фурычит, только тихо. Скажем, толкает помаленьку какие-то отходы от прежнего производства.

— Короче, надо нам с этого вагона валить куда подальше, пока не поздно. Может, подъем будет, скорость сбавят — и спрыгнем?

— Если, конечно, там обрыва не будет метров под десять… Как на грех, поезд скорость не сбавлял, шел себе и шел.

— Надо хоть глянуть, где едем… — озабоченно произнес Ваня и полез на верхний ярус нар, к окошку.

— Уй-й! — поежился он. — Вот где задувает-то! Бр-р-р!

Ваня спрыгнул вниз и потер обдутое встречным воздухом ухо.

— Ну и что там видно?

— Ни черта, если откровенно. По-моему, через какой-то лес едем. Снег да деревья. И ни луны, ни лампочек. Темень, и все.

— Слушай, — предложил Валерка, чувствуя, что вот-вот заснет. — Давай я часок подремлю, а ты покараулишь. Как начнет сбавлять — подымешь. А если за это время спрыгнуть не получится, значит, ты час поспишь, а я покараулю. Идет?

Ване, конечно, тоже спать хотелось. И он, вообще-то, предпочел бы сначала сам поспать, а потом товарища покараулить. Но спорить не стал и согласился.

Валерка залез в коробки, свернулся в клубок по ранее отработанной методике и заснул.

Ваня, взяв для спокойствия один из автоматов, собрался честно подежурить. Но от отсутствия собеседника, холода, к которому он, в отличие от Валерки, не успел привыкнуть, а также от усталости, которой у него тоже накопилось порядком, его как-то незаметно потянуло присесть, потом прилечь, затем утеплиться коробками и наконец задремать…

ПЕРЕВАЛКА

Конечно, они могли бы и не проснуться, если б не съели полбанки тушенки, если б холод усилился еще градусов на пять, если б спали не в коробках… Можно еще с десяток «если б» придумать, но только ребята не замерзли до смерти и даже не простудились.

Проснулись они почти одновременно от резкого толчка и лязга буферов. Из окон под потолком уже виднелся дневной свет.

— Ни фига себе дрыханули! — пробормотал Валерка, выбираясь из коробок и протирая глаза. Ваня тоже вылез и глянул на часы. Они показывали ни больше ни меньше, а 13.25. Из этого следовало, что доблестные воины (или гнусные дезертиры) путешествовали за бесплатно уже десятый час.

Поезд стоял. Судя по всему, на какой-то большой и шумной станции.

— Интересно, куда же нас привезли? — спросил Ваня.

— Мне лично по фигу, куда… — проворчал Валерка. — Вот отлить надо — это проблема.

Нашли в дощатом полу подходящую щель, и проблема себя исчерпала.

— Значит, заснул вчера? — спросил Русаков. Ваня виновато развел руками:

— Ну, заснул… Ничего ж не случилось.

— А представь себе, что сюда бы те, которые бандиты, зашли?

— Ладно, не надо ля-ля. Коробки на месте, автоматы тоже. Никто сюда не залезал.

— Это называется, Бог помог. Короче, буду знать, как на тебя надеяться можно.

— Ну не рычи ты, ё-мое! Нам еще сейчас поссориться не хватало.