Но, рассудив, в общем-то, справедливо, что лучше перебдеть, чем недобдеть, Сэнсей приготовился к обороне. Все собачки были спущены с цепей, а ребята, разобрав из тайников автоматы и пулеметы, заняли позиции на специально оборудованных укрепленных точках. Таких же, как на «молзаводе», где, увы, никто ими воспользоваться не сумел.

В бывшем складе, где размещалась лаборатория, шесть охранников с нашивками «ЦТМО», распаковав и собрав свое оружие, тоже готовились к бою. Они взяли под прицел четырех пулеметов все подходы, а при нужде могли угостить противника даже из «АГС-17».

Непосредственно в лабораторий собрали все, что подлежало защите и контролю. Во-первых, Ваню и Валерку, которых уложили в ложементы. Во-вторых, Зинаида и четыре охранника вломились в комнату Вики-Тани, скрутили ее, сонную, а затем перетащили в наручниках, со связанными ногами и заклеенным ртом в маленький чуланчик, находившийся позади комнаты, где стояла аппаратура Васи Лопухина. В-третьих, в лабораторию привели Клару Леопольдовну и Сесара Мендеса.

Зинаида надела джинсовый костюм и сапоги на шнуровке, повесила на ремень пистолет-пулемет «бизон-2» со шнековым магазином аж на 64 патрона, за пазуху сунула «ПСМ». Лопухин переодеваться не стал, но взял на крайний случай обычный «АКС-74у» из запасов команды Фрола. Впрочем, его главное оружие располагалось в комнатке, где они пытались перехватить контакт между Таней и Сарториусом. Отсюда же Зинаида поддерживала связь с Сэнсеем, Рындиным и непосредственно с Чудо-юдом.

О судьбе лутохинского объекта Рындин доложил Зинаиде ровно в пять утра, когда публика начала уже уставать от напряженного ожидания.

Вообще-то стрельбу в районе «молзавода» лутохинские жители пропустили мимо ушей. Там и раньше постреливали, случалось. Например, когда Крокодил от скуки палил из помпы по волку. В конце концов, стреляли не в селе, а в трех километрах от него. Да и вообще, жителям было как-то страшновато вызывать милицию. Позвонишь — а потом тебя как стукача и прирежут. Поэтому ни пальба из помповых ружей, ни пистолетные выстрелы, ни, наконец, автоматная очередь, которой был убит сорокинец Тарас и ранен сам Сарториус, не разбудили даже участкового уполномоченного. Но вот взрыва, вдребезги разнесшего бывший коровник с установками для получения препаратов, а заодно разворотившего емкости с запасами спирта для производства суррогатной водки, не заметить было нельзя. Его даже в Сидорове было слышно.

Пока участковый дозванивался до райотдела, а оттуда сообщали в ФСБ, откуда наконец информация добралась до Рындина, прошло полчаса. Поэтому первое сообщение о взрыве на «мол-заводе» никаких подробностей не содержало. Второй звонок от Рындина был спустя час.

Для него лично, как и для его оперативников, которые туда прилетели на вертолете, — на сей раз горючим запаслись впрок! — а потому даже сидоровский райотдел опередили, картинка происшедшего выглядела как междуусобная разборка между охранниками. Как следует рассмотреть место побоища было невозможно. По заводу растекся горящий спирт, от него загорелась и взорвалась емкость с бензином, занялись деревянные постройки… Сидоровские пожарные приехали необычно рано и принялись сбивать пламя, ворочаться со своими шлангами и стволами по всей территории завода, поливать все пеной и водой, а заодно резко менять первоначальную картину событий, в буквальном смысле смывая следы.

Зинаиде и Лопухину все стало ясно гораздо раньше, чем Рындину. Он только догадывался, какими возможностями обладает Сарториус, а они досконально знали.

Правда, они не могли знать, что сорокинский ГВЭП — генератор вихревых электромагнитных полей — разбит пулей. Но они выдали охранникам ЦТМО специальный портативный дешифратор, который Лопухин привез на лутохинский объект в репортерском кофре. И то, что, несмотря на его наличие, установки были взорваны, привело их не в лучшее настроение.