— Ладно, ладно, это точка зрения бостонской полиции.

— И кембриджской, — вмешался другой детектив. — Это мы взяли Альберта и знаем его не первый год. Он не убийца. Он, конечно, не святой, но точно не убийца.

— Мы потратим уйму времени, разуверяя остальных. Так или иначе, я думаю, что признания де Сальво довольно убедительны. Да, он мог что-то почерпнуть из газет, но не все. Он изложил слишком много подробностей. Я уверен. Уверен. Итак, давайте сосредоточимся на де Сальво. У нас здесь человек, который признался в тринадцати убийствах. Нельзя закрывать на это глаза, — отозвался Уомсли.

— Это не тот человек, — настаивал Конрой.

— Сомневаюсь.

— Спросите у него. — Конрой указал на Майкла. — Что скажешь, парень?

Тот промолчал.

— Как считаешь, Майкл? — Уомсли посмотрел на Майкла.

Тот покачал головой и проговорил:

— Думаю, Брэндан прав. Вы ошиблись.

— В таком случае кому-то придется принять решение, — заявил Уомсли. — И этот кто-то — я… — Он обвел глазами собравшихся. — Мой выбор — де Сальво.

25

Майкл проработал весь день и большую часть вечера в отделе, расположенном в здании Капитолия на Бикон-Хилл. Начиная со студенческих лет он всегда был педантичен. И теперь он снова просмотрел досье в поисках деталей, в которых мог бы ошибиться де Сальво, когда делал свои заявления. Его признания были фальшивкой — чем больше Майкл думал об этом, тем сильнее в этом уверялся. И не только потому, что де Сальво ошибался в фактах; неверным был сам тон. Слишком энергичный от желания понравиться, напыщенный, экспансивный — цветистая речь лгуна. Уомсли купился, но, может быть, еще не поздно. Майкл надеялся, что сумеет образумить шефа.

— Эй…

Майкл поднял глаза и увидел на пороге Эми, по-прежнему в рабочем костюме, с переброшенным через руку пальто. Она переминалась с ноги на ногу — устала после долгого дня.

— Вы что, не запираете двери?

— Нам не нужно, мы полицейские. Кто будет нас грабить?

— Я. Некоторые документы… Только представь себе заголовок в газете: «Секретные материалы Особого отдела».

Он застонал.

— Нет-нет, «Со стола главного детектива Майкла Дэйли». — Девушка засмеялась.

— Ладно, ладно, впредь буду запирать дверь. Я думал, что тут никого.

— Над чем работаешь?

— Лучше я промолчу. Сама понимаешь, это не для репортеров.

— Ага. Звучит интригующе. Ну я ведь не просто не репортер, я член семьи.

— Ты просто бесстыдница.

— Ничего не могу поделать, таковы мои служебные обязанности.

— Однако ж нельзя совместить обе функции. Если ты репортер, мне придется молчать. — Майкл бросил на стол пачку фотографий. — Хотя хотел бы я поговорить, поверь.

— Ну хорошо, сейчас я не репортер. В чем дело, Майкл?

Эми приходилось вновь и вновь напоминать себе, что Майкл отличается от своих братьев — он проще и более открыт, чем Рики, и гораздо уязвимее, чем Джо.

— Эми, если бы я знал что-нибудь… то, что могло бы быть опасным…

— Что именно?

— Не важно. Забудь.

— Расскажи. Что за секрет?

Майкл ушел от ответа.