— Мы может уйти по туннелям к Фелбарру, — продолжила Делли. — Весь клан. Нас туда зовут и будут рады. Я слышала, как Жаконрей Широкий Кушак говорил с людьми, бежавшими с Севера.

— Вероятно, они поступили мудро, приняв предложение, — предположил Вульфгар.

— Никто из них не собирается называть Фелбарр домом. Они все за Серебристую Луну, Эверлэнд или Сандабар. Ты был в Серебристой Луне?

— Однажды.

— Там действительно так красиво, как рассказывают? — спросила Делли, и искорки в ее глазах выдали страстное тайное желание женщины.

Синие глаза Вульфгара расширились — он все понял.

— Мы посетим город… — начал он, уже зная, что «посещение» — не совсем то, что имела в виду Делли. — Что ты сказала? — неожиданно переспросил он.

Этот вопрос прозвучал так, что Делли попятилась.

— Мне просто хотелось бы посмотреть, вот и все, — пролепетала она, утыкаясь взглядом в пол.

— Что-нибудь не так?

— Орки в Мифрил Халле. Ты сам это сказал.

— Но если бы орков не было, ты все равно хотела бы уйти в Серебристую Луну или Сандабар?

Делли пнула ногой камень и неожиданно даже для самой себя разозлилась.

— Какая жизнь будет у ребенка, если все, что она увидит, — это ее родители и дворфы?

Глаза Вульфгара сузились:

— Кэтти-бри воспитывалась именно так.

Делли подняла взгляд — восторга в нем не было.

— У меня сейчас нет времени на споры, — сказал Вульфгар. — Давилка выведена на позицию, и я должен занять свое место.

— Кордио сказал, что тебе еще рано.

— Кордио — жрец и вечно перестраховывается.

— Кордио — дворф, и ему нужны все, кто способ убивать орков. — возразила Делли, и губы Вульфгара растянулись в улыбке.

Ему показалось, что, если бы не Кэлси, Делли бросилась бы в бой вместе с ним.

А может, и нет, подумал он, приглядевшись повнимательнее и увидев глубокое недовольство, спрятанное под внешней невозмутимостью. С тех пор как начались передряги, он виделся с Делли и дочерью лишь урывками. Сейчас он понял, насколько же, наверно ей одиноко здесь, внизу, с дворфами, слишком занятыми войной, чтобы заботиться еще и о ее душевном комфорте.

— Когда все кончится, мы отправимся посмотреть! Серебристую Луну. И Сандабар, — предложил он.

Делли кивнула, но отвела глаза.

Вульфгар снова поморщился, и на этот раз не только от физической боли. Он верил в то, что говорил, у него не было времени на мелочные споры. Он низко нагнулся, едва не зашипев от боли, чтобы поцеловать Делли. Она сухо подставила щеку.

Но из комнаты вышел Вульфгар, сын Беарнегара, воин, защитник Мифрил Халла, в мыслях которого не было места Делли с ее заботами.

Орки стаскивали тела погибших сородичей в Долину Хранителя и складывали в огромный погребальный костер. Эта вереница показалась Обальду бесконечной. За несколько минут сражения погибло более трех сотен орков. Ловушки, включая опустошительный взрыв, причину которого Обальд так и не смог разгадать, стоили его армии очень дорого. Какие же еще фокусы в запасе у Бренора Боевого Топора? А что если дворфы не побоятся взорвать несколько пещер Мифрил Халла, так же как они взорвали северный хребет над Долиной Хранителя?

Кстати, интересно было бы знать, каковы потери у дворфов? Обальд был уверен, что его бойцы уничтожили по крайней мере нескольких, но дворфы отступали так организованно, что не оставили на поле битвы ни одного павшего воина.

Рядом с ним Цинка визгливо бубнила о славе Груумша, о неминуемом изгнании клана Боевого Топора из их древнего дома, и слышавшие ее орки, похоже, тоже впадали в транс.