И он был счастлив.

За годы жизни на поверхности она выучила несколько дворфских слов, с их множеством твердых согласных; язык чем-то напоминал наречие самих дроу, а еще больше — язык свирфнеблингов, на котором Каэрлик говорила бегло. В подтверждение своих слов, на случай если произнесены они были не совсем правильно, жрица-дроу пихнула беднягу Фендера в спину, отчего тот, споткнувшись, нырнул вперед.

Он чуть не упал, но за время своего плена научился выдерживать и не такие тычки. Дворф выпрямился и оглянулся, сузив серые глаза под кустистыми бровями в угрожающем прищуре.

Каэрлик ткнула рукоятью своей булавы ему в лицо.

Фендер тяжело опрокинулся навзничь, закашлялся, выплюнул кровь и выбитый зуб. Он попытался крикнуть на жрицу, но из его горла вылетали лишь хрип и невнятный шелест — словно порыв ветра в груде мятого пергамента.

— Поосторожнее, — сказал Тос'ун своей спутнице. — Чем больше ты покалечишь его, тем дольше нам добираться до места. — Дроу бросил взгляд на юг, словно ожидая увидеть там огненную колесницу или марширующее войско. — Надо оставить эту тварь Проффиту. Тролли съедят его, и со всем будет покончено.

— А если не успеют и Аластриэль, разобравшись с Проффитом, освободит его, разве он не поспешит рассказать им все о парочке темных эльфов, бродящих по чужой земле?

— Тогда надо просто убить его — и все.

Каэрлик несколько секунд внимательно изучала своего компаньона. На лице ее отразилось неприкрытое недовольство, поскольку после стольких лет она ожидала большего от воина Дома Дель'Армго.

— Обальду пользы от него тоже никакой, — неуверенно произнес Тос'ун, не зная, чем вызвал гнев. — Да и не нужен нам обмен — Обальд будет счастлив, что мы вернулись к нему, хотя новости, которые мы принесем, вряд ли ему понравятся.

— Новости о разгроме троллей и возвращении людям Несма его разгневают.

— Но он достаточно сообразителен, чтобы различать весть и вестника.

— Согласна, — заметила Каэрлик. — Но ты предполагаешь, что король Обальд все еще жив и его орки не разогнаны по своим норам на Хребте Мира. А если по возвращении окажется, что северными землями опять правит Бренор Боевой Топор?

Эта мысль еще не приходила Тос'уну в голову, он неуютно поежился, отвел взгляд от Каэрлик и пнул пытавшегося подняться Фендера.

— Когда я снова увижу Доннию, то отхлещу ее по щекам за то, что втянула нас в эту авантюру.

— Если мы когда-нибудь и увидим Доннию и Ад’нона снова, боюсь, нам будет не до выяснения отношений, — отозвалась Каэрлик. — Или, положим, Обальд продолжает давить и побеждать. Возможно, все идет лучше, чем кто-либо из нас осмеливался надеяться, несмотря на неудачу у северных окраин Болот Троллей. Если Обальд укрепился в Мифрил Халле, хватит ли сил даже у леди Аластриэль выгнать его оттуда?

— А если все еще лучше?

На первый взгляд вопрос казался смешным и нелепым, но, прежде чем Каэрлик фыркнула в ответ, она вспомнила свою последнюю встречу с королем орков. Самоуверенный, опасный, надменный, властный — он не просил их с Тос'уном пойти на юг с Проффитом. Он приказывал им.

— Поживем — увидим, — вот и все, что ответила жрица.

Ее внимание вновь вернулось к Фендеру, и она рывком подняла его с четверенек и грубым толчком придала направление.

На северо-востоке виднелась сияющая вершина Четвертого Пика, казалось, до нее не более дня пути. Там лежали ответы на их вопросы.

— Если мы удержим берег к югу отсюда, тогда ребята из Фелбарра и новые союзники смогут переправляться, не попадая под каменюки треклятых великанов, — спокойно объяснял Пуэнт Бренору.