Брэнт сидел немного в стороне от остальной группы, рядом лежала бездомная собака, которая была здесь его единственным товарищем и которой он отдал часть своего завтрака. Роуэн даже не смотрела в его сторону: для нее он был всего лишь одним из членов группы.

Он чувствовал себя одновременно и обиженным ребенком и отвергнутым взрослым. Бросив собаке последний кусочек булки, он уставился в книгу о птицах, пытаясь разобраться в отличиях между банановой птицей и травяной.

Следующим местом наблюдений были болотистые заросли в северной части острова. Хотя дождь прошел, настроение Брэнта не улучшилось.

— Следуем к тем пальмам, — объявила Роуэн.

— Я остаюсь здесь, — сказал Брэнт.

— Как хочешь. — Роуэн пожала плечами. Мэй запротестовала:

— Но вы не увидите новую птицу.

— И не одну, — сказала Пэг.

— Я лучше искупаюсь, — ответил Брэнт твердо.

Вдруг Мэй просияла:

— Может быть, вам посчастливится увидеть тропическую птицу.

Он не знал, чем отличается тропическая птица от чайки, но сказал:

— Может быть.

— Почему нам вчера не сказали, что мы будем около пляжа? — возмутилась Натали. — Я тоже люблю плавать.

— Ты собиралась фотографировать птиц! — Стив потащил ее за руку.

— Пожалуй, пойдем, — сказала Роуэн поспешно.

Брэнт оставил свои вещи у водителя, разделся и побежал к воде. Он плыл, наслаждаясь прохладой, выбросив из головы все тревожившие его мысли, забыв о времени.

Он вышел из воды, взял свои вещи, лежавшие на песке, и обтер полотенцем лицо. Группа уже вернулась. Роуэн подошла к нему. Брэнт стоял перед ней с наброшеным на плечи полотенцем.

— Я пропустил что-то необыкновенное?

К концу дня Роуэн чувствовала себя страшно усталой, а тут еще полуголый Брэнт предстал во всей красе! Она бросила холодно:

— Над твоей головой только что пролетела тропическая птица с белым хвостом.

— Какая жалость!

Она ненавидела эту насмешку в его голосе.

На самом деле ни о чем он не сожалел — ни об упущенной птице, ни об ушедшей жене, ни о том, что привел ее в полнейшее смятение.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

За ужином Брэнт ел цыпленка и манговое мороженое с таким видом, как будто жевал картон, и пытался разговаривать с Карен. Роуэн сидела на другом конце стола, смеясь и болтая с Мэй и Пэг. Она казалась беззаботной и уверенной в себе. У Брэнта разболелась голова. Будет ли это трусостью, если он вернется в Торонто? Или это будет благоразумным поступком? После ужина группа разбрелась кто куда. До шести утра все были свободны, а затем предстоял перелет к следующему острову.

Роуэн ушла в свою комнату. Брэнт обнаружил, что стоит у ее дверей. Не задумываясь над тем, что делает, Брэнт постучал и, имитируя бас Стива, сказал: «У вас нет аспирина? У Натали очень болит голова».

— Одну секунду, — отозвалась Роуэн. Дверь открылась, и в то самое мгновенье, когда ее глаза расширились от удивления, Брэнт поставил ногу в дверной проем. Роуэн возмущенно прошипела:

— Убирайся вон, Брэнт!

Но он уже протиснулся внутрь и закрыл за собой дверь.

Роуэн стояла перед ним босая, две верхние пуговицы ее рубашки были расстегнуты.