— Ты меня защищаешь, — говорю, не понимая головы. — Постоянно, поэтому не так бросается в глаза. А я изредка, время от времени. Случайно. Если бы не ты, меня бы уже точно не было…

Темный хмыкает мне в ухо и встряхивает головой. Светлые волосы хлещут по лицу, щекочут нос, заставляя отфыркиваться и чесать пострадавший орган. Не руками, нет, пошевелиться все еще практически невозможно. Так что приходилось, фигурально выражаясь, вытирать сопли о так неосторожно подставленное плечо. Кажется, ари'эллира тоже отпустило, так что удушающие объятия сменились просто крепкими, и он весь как-то расслабился, что ли?

Поднимаю голову и натыкаюсь на пристальный (даже как-то чересчур) взгляд Рэя. В голове слабо шумит то ли от временной нехватки воздуха то ли от запаха крылатого, который я, наверное, впервые почуяла. Такой вкусный и очень приятный. Темный склоняется ниже, давая возможность ощутить свое дыхание кожей…

— Кстати, а что с Нисом? — ну вот кто меня за язык тянет? И как всегда в неподходящий момент. Ари'эллир недоуменно хлопает глазами, а затем выдает какое-то слово. Смысла не понимаю, но судя по интонации — ничего лестного или хорошего.

Затем, не разжимая рук, мы переносимся назад. Вот интересно, раньше он просил меня это сделать, а теперь словно никакой привязки и не надо. Где логика?

В реальности Рэй так же шустро подхватился с земли и, не обращая внимания на ломоту в мышцах, рванул по направлению к стоянке. Понимаю, весь из себя такой крутой, но если растянется на земле — приятного будет мало. Нам обоим.

Ничего, обошлось. Правда не совсем. В лагере все спали до сих пор, даже иглистые тихо поскуливали во сне, свернувшись калачиками кто где. Выглядело это несколько жутковато особенно в свете местного «солнышка». Эдакая картинка то ли их боевика, то ли из хоррора, где все всех порезали и дружненько так померли.

Темный впечатлился и кинулся будить брата. Тот отбивался, бормотал что-то невнятное и даже на затрещину не отреагировал, хотя голова мотнулась просто впечатляюще! Как только шею не сломал любимому родственнику?

— Ли-ин! — то ли стон, то ли крик. Я иногда пугаюсь того, что творится в этой чужой душе. И не понимаю. Он же вроде вынудил собственного братца совершить самоубийство, если я правильно поняла этот самый ритуал Ухода. Так отчего и почему Рэй до сих пор так к нему привязан?

— Он моя семья, — вслух отвечает на незаданный вопрос крылатый. — Он и мать… Лин, прошу тебя…

Можно подумать, что я тут самый сильный и страшный зверь. Ну откуда мне знать, что сейчас надо делать?

— Тебе не нужно знать. Тебе достаточно хотеть, — крылатый настолько сильно сжимает брата, что его ногти пропарывают кожу до крови. — Я не понимаю, как ты думаешь и действуешь, но у тебя всегда получается. Прошу тебя, помоги!

Блин, да я не против, чего орешь? Скорее просто боюсь навредить. Но сидеть и ждать еще страшнее, так что Рэй, пошли в Серые Земли. Мне почему-то кажется, что они все — там. Наверное потому, что туда попадаю всякий раз, как случаются какие-то неприятности. Нет, не физические, если можно так выразиться, а душевные. Да и сам ты там бывал не раз.

Темный прижимает к себе безвольную тушку Ниса и укладывается на землю. Солнышко кладет сверху, поперек обеих тел. Ну что, поехали? Ари'эллир без вопросов отключается и мы летим куда-то вниз. На этот раз приземление (если это было оно) выходит довольно жестким. Я так вообще лечу носом вперед. И пахала бы борозду, если бы крылатый не поймал.

При взгляде на него становится страшно. Нет, действительно, облик Райлена (даже уменьшать имя не хочется) пугал. Мощные черные крылья, собранные в высокую прическу волосы, холодные глаза и общее выражение лица типа «всех убью один останусь».