— Привет! — устало поприветствовал ее я и уселся рядом.

— Мы уже виделись. — Наташа повернула ко мне голову. — Весь день хотела спросить, кому букет?

И правда, для кого он теперь? — пронеслось у меня в голове. — Разве что…

— Тебе, — ответил я, протягивая букет.

— А почему ты только сейчас мне их даришь?

— Наташа подозрительно смотрела на меня. Цветы пока не брала — выжидала.

— Хотел подарить, когда никого уже не будет. Чтобы лишних вопросов не возникало.

Уффф… Выкрутился!

— В честь чего такая любезность? — все еще недоверчиво поинтересовалась Наташа, но цветы взяла.

— А ты что, забыла? — В голове наступил кризис идей, нужно было выиграть время.

— Извини…

— Сегодня… в этот день мы с тобой познакомились. Три года назад. — Сходу придумывать было тяжело. — Помнишь, как мы встретились в этом же коридоре тогда? Ты попросила меня взять твое пальто в гардеробе — я стоял в очереди впереди.

— Правда? Нежели ты запомнил? — Наташа бросилась ко мне и расцеловала. — Ты знаешь, я так и знала, что это мне! Как чувствовала!

Мне стало немного неудобно.

— Да ладно. Должен же я радовать свою любимую подругу хоть изредка.

— Мирчик, ты такой милый. Люблю тебя!

Я опешил: раньше она мне этого такого не говорила. Хотя это, конечно, ничего не значит. Все говорят друг другу «Я люблю тебя». Это же несерьезно. Надеюсь.

— А я тебя обожаю, — уклончиво ответил я. — По домам или… в суши?

— А давай в суши! Раз сегодня такой праздник!

Я посмотрел на Наташу. Она стояла, прижав букет к груди, и трепетно рассматривала бутоны роз. Да, эти цветы, несомненно, шли ей.

10

Теория романтической коммуникации

Я решил завязать с Машей. На время? Навсегда? Не знаю.

Вчера даже не стал ей звонить, писать sms с поздравлениями. Я слишком много переживал и теперь понял, что мне это надоело.

В университетском расписании сегодня только один семинар — по основам делового общения. Я ехал на него с неохотой, ради одной пары собираться было лень. Тем более что на этом семинаре, проводимом сразу для двух групп, должна быть и Маша. Мое обиженное самолюбие еще не готово ее видеть.

Я ворвался в кабинет с традиционным опозданием, но преподаватель встретил меня в буквальном смысле слова с распростертыми объятиями:

— Мирослав! Вот вы-то нам и поможете сейчас.

— Здрасьте. А что такое?

— Проходите. Вот, садитесь. — Дмитрий Сергеевич, так зовут нашего преподавателя по основам делового общения, отодвинул от своего стола стул, приглашая присесть за его место.

Дмитрий Сергеевич Кац — культовый персонаж нашего журфака. Это самый большой стресс любого первокурсника в первом семестре. Его основной предмет — коммуникативистика — пугает неокрепший ум юных гуманитариев похлеще матанализа. Бедным первокурсникам приходится учить огромное количество схем, таблиц, определений. И все это на ужасно тяжелом научном языке. Помню, в середине первого курса объяснял отцу, как пользоваться кофеваркой: «Понимаешь, пап, здесь методология такая…». В общем, после Каца дальнейшая учеба на журфаке кажется делом элементарным, а первая сессия — страшным сном, который, к счастью, остался в прошлом. Если бы на факультете стоял счетчик слов, то самым употребляемым после «привет» и «зайка» стало бы слово «Кац».