Проводив гостью до дома, Яр ушел в учебку, заниматься с молодежью, и Горская не стала напрашиваться с ним. До вечера она старалась загружать себя работой, благо теперь пальцы слушались и уверенно держали ручку: до следующего выхода следовало расшифровать данные и сделать первые рабочие записи. По одному замеру никаких выводов не сделать, но требовалось расчертить таблицы и построить схемы, в которые по мере дальнейшей работы будут вписываться нужные цифры.

Ужинали они отдельно.

На следующий день Вольнов ушел в учебку с утра. И Лета даже не сразу поняла, что постоянно поглядывает на часы и… скучает. Всего за пару дней она успела не только привыкнуть к его постоянной болтовне, к его улыбке, к его вниманию, но начала получать от всего этого удовольствие, и сейчас, поберите ее демоны, всего этого вдруг стало не хватать!

Некоторое время понадобилось на то, чтобы это осознать. Потом Горская злилась и ругала себя, пыталась сосредоточиться хотя на чем-то, но это не удавалось. Он ей не нянька, он не обязан ее развлекать! Она сама требовала от него ровных деловых отношений, у него служба, в конце концов, а гостья – просто досадная неприятность. Он не просил, чтобы его привязывало поводком к нежданному привету из прошлого, так зачем ему возиться с ней теперь? Она ругала его за постоянный флирт на грани приличий, за намеки и все остальное, и вот, пожалуйста, он оставил ее в покое и занялся своими делами. Что ей опять не так?!

Но убедить себя не удалось, вернуться к работе – тоже. Отчаявшись, Лета немного прогулялась по городу, но мороз очень быстро загнал ее обратно, а тратить магию для защиты от него не хотелось. На следующий день им предстоял новый полевой выход, судя по всему, более серьезный, чем предыдущий, и лучше бы подойти к нему в отличной форме.

Потом Летана, не найдя другого занятия, заглянула в оставленную фениксом книжку и неожиданно для себя зачиталась. Отлично написанный детектив оказался очень увлекательным, и ей хотелось узнать, чем кончится дело. Но, услышав, как открывается входная дверь, Лета поспешила вернуть книгу на место, положив так, как оставил хозяин, а сама вернулась к столу и записям.

Вольнов вручил ей две пары рукавиц и новую шапку взамен утраченной: купить здесь что-то подобное было затруднительно, но зато имелись свои мастерицы, и одна как раз вязала всякую мелочовку на продажу, у нее и нашлись нужные образцы.

Лета искренне поблагодарила, потом они вместе сходили поужинать, но….

Все опять шло не так. То есть точно так, как она видела себе их общение поначалу, еще до знакомства с фениксом, но совсем не так, как в первые дни. Он был вежлив, сдержан, обходителен, поддерживал разговор о какой-то светской ерунде, а у нее сердце сжималось от тоски и желания опять увидеть шальную насмешливую улыбку.

Увидела. Только улыбался он не ей. Отозвали в сторону какие-то друзья, они что-то шумно обсуждали пару минут, а Лете кусок в горло не лез в этот момент.

И полевой выход тоже прошел… не так. Феникс старательно оберегал ее, помогал преодолеть какие-то сложные участки, заботился о том, чтобы она не замерзла и не пострадала, но болтал опять не с ней, а со своими боевыми товарищами. Не отмалчивался, если она что-то спрашивала, только теперь и делать этого не хотелось.

И вроде, опять же, самое время радоваться, потому что полевой выход протекал по-деловому и достаточно спокойно, и пусть стычки с тварями случались часто, но все закончились без потерь и серьезных неожиданностей. Но Лета уже ловила себя на предательской мысли, что лучше бы произошло нечто из ряда вон выходящее, лишь бы феникс оставил эту свою сдержанную вежливость. Она даже подумывала самостоятельно устроить что-нибудь этакое, но здравый смысл взял верх над эмоциями, и Лета не стала подвергать ненужной опасности себя и отряд.

Потом Вольнов опять ушел в учебку, оставив Летану одну.