|
«Так» в целом тоже сработали, господа из Российско-американской компании, после вручения ручек и покровительственного взгляда государя, решили, что не деньги главное в этом мире, в этом мире главное свое имя увековечить, в названии гор там, или рек, или островов. Хочет капитан Крузенштерн плыть вокруг глобуса, так пусть плывет во славу русского флота и государя императора. Заселить Калифорнию, а чего хорошо это, ежели госу… Ну, нет так нет. Сами купим крестьян на вывод и на пару корабликов-то наберем. Плуги железные и бороны, и топоры, и пилы? Так крестьян раз купили, то не бросать же их с голоду помирать, конечно, нужны плуги. Лошади, ну, лошадей у испанцев проще купить. Там это ничего не стоит.
Зря ручки делал и дарил. Мог бы просто с Александром переговорить. Это в первый день так подумал. А оказалось, что всем, в том числе и Александру, вещица понравилась. Пришлось поднос отдать медальеру и табакерку с камешками.
– А когда же я буду делать пуансон и матрицу? – приуныл Вольдемар Алексеев, впечатлявшийся огромным заказом.
– И действительно?
Понятно, что в ручном режиме делать перья руками Алексеева нерентабельно. Брехт задумался. Где-то нужно найти десяток обычных ювелиров, разобрать их на специализации, один палочку с навершием делает, второй – само перо, третий – зажим для крепления пера. А медальер пусть занимается, чем и должен заниматься – штампом.
Все по щучьему велению и произошло. Только об этом подумал, как прибыл огромный обоз из Студенцов и Москвы. Все его горцы прикатили. А там как раз три ювелира. Посадил их в мастерских монетного двора пока работать Петр Христианович, с разрешения Карла Леберехта. Кривился австрияк, но Брехт руками развел и, как бы по секрету, шепотом, сказал, что все царское семейство такие ручки себе затребовало, или послать монархов куда подальше? Как думаете?
– И вам изготовим, Карл Александрович. А еще у меня мысль есть. В следующем году у нас будет пятьсот шестьдесят лет битве Александра Невского на Чудском озере или «Ледовое побоище». Почему бы вам не выпустить серебряные рубли, посвященные этой битве или самому Александру? Прямо вижу: на аверсе бюст Александра Ярославича с мечом и слова по кругу: «Кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет». Ярославич в одеяниях русского витязя с шеломом острым на голове в кольчуге, а на реверсе внизу надпись один рубль, а вверху профиль Александра Павловича и надпись сверху в полукруге «Преемник славы».
– Думаете, государю понравится? – прямо подпрыгнул придворный медальер.
– Обязательно. Даже думаю, наградит вас Александр Павлович. Только не уродуйте государя, он красивый мужчина, просто соблюдите все пропорции.
– Осознал уже пагубную свою устремленность к римским образцам. Пусть ваши горцы поработают, да и несколько своих учеников им в подмогу поставлю: и мастерство переймут, и сами, может, чему абреков этих научат, не зря же время на них тратил, – сменил гнев на милость придворный медальер.
Литовский замок легко принял всех переселенцев. Ремонт после бардака, оставленного съехавшими мушкетерами, закончили, прислугу наняли. Здание замечательное, разделено как бы на два крыла, и имеют эти крылья собственные выходы, так что Брехт для черкесов несколько комнат зарезервировал у правого выхода и теперь их туда поселил. Рядом и шестерых унтер-офицеров, бывших обитателей этого замка, поселил. С мужиками переговорил. Конечно, виноваты, забили вшестером офицера. Били, пинали, пока тот не помер от внутренних кровотечений, скорее всего, какую-нибудь селезенку или печень порвали. И началась драка, когда они пьяные были. Что ни одного грамма на их чашу весов не добавляет. А добавляет то, что поручик Семенов сам руки регулярно распускал и бил солдат налево и направо в своей полуроте. |