Петр Христианович решил ноги размять и из дормеза выполз. И сразу подбежал к нему поручик преображенец и пригласил в карету к Александру.

Внутри вкусно пахло дымком, но было жарко. За тридцать градусов точно.

– Петр Христианович, как вы думаете, это опять поляки? – когда Брехт вклинился между выступом, что отгораживал печь от жилой, скажем так, зоны, сразу набросился на него Александр.

– Не буду гадать, Александр Павлович. Мне назвал разбойник фамилию человека, который им сделал заказ на мое убийство, он русский, Игнатов. Но тот же бандит сказал, что есть кто-то выше, кто и платил деньги. Это могут быть поляки. Точно так же это могут быть и не поляки. Надо было мне все же остаться, Александр Павлович, и найти этого Игнатова.

– Полноте, Петр Христианович, Каверин справится, у него в подчинении вся полиция Москвы, уж найдет одного Игнатова этого.

– Будем надеяться. А вы чем занимаетесь, скучаете? – решил съехать с темы Брехт. Про поляков говорить не стоило. Не надо перегибать палку. Пусть Александр сам решит, что их нужно геноцидить. На Госсовете отговаривать будут, но четыре случая это уже тенденция, может победить и решительная точка зрения.

– Скучаем. Думали даже в карты поиграть, – охотно переключился Александр.

И тут Брехт игру одну вспомнил. Точно еще никто в этом времени не придумал. Тут мысль дальше «фантов» не продвинулась.

– Ваше императорское величество, я тут, пока путешествовал, игру одну придумал. Интересная. Хотите научу?

Александр переглянулся с Елизаветой, и оба синхронно кивнули.

– Я назвал эту игру «Крокодил». Чтобы в нее играть, нужно только листок бумаги и грифелек.

– Plumbargo подойдет? – достала интересную штуку Елизавета. Она же подала Брехту альбомный лист, примерно формата А-4. Из папки достала с рисунками. Березы рисовала императрица и сестренок Александра.

Это был плоский кусочек графита, вставленный между двумя палочками. Брехт таких еще не видел. В доме Валериана Зубова карандаши вообще были странные, тогда ведь еще подумал, что можно на этом кучу денег заработать. У Зубова графитовый стерженек был обмотан толстой шерстяной ниткой. Компания KOH-I-NOOR уже должна существовать. Это, кажется, Австрия? Выходит, они вот таких уродцев пока делают. Нет. Точно надо попрогрессорствовать.

– Смотрите, ваши величества, – Брехт согнул листок, оторвал от него полоску и разделил ее на три части. – На этом листке каждый из играющих пишет одно слово. Это должно быть животное или предмет. Ну, дом, стул, морковь. Игрок придумает это слово и закрепляет это на голове водимого. А второй человек, играющий, должен ему это слово показать жестами, пантомимой, не произнося ни звука. Водимый должен это слово угадывать. И ведущий говорить – правильно или нет. Если играть с несколькими игроками, то будет весело. Вот давайте попробуем, а если вам понравится, то пригласим еще желающих.

– Запутанно немного, Петр Христианович, нельзя ли на примере показать, – сморщил высокий лоб император. Так-то лысина уже в двадцать с небольшим. Но ее парикмахеры пока чубчиком завитым прикрывают. Нужно рассказать, что ли, Александру, что лысина показатель высокого тестостерона и ею гордиться надо. Снять комплекс у человека.

– Конечно, Александр Павлович. Допустим, вы написали слово «крокодил». И мне на голову эту бумажку положили. И теперь должны мне его показывать жестами.