10

В течение часа три волны ударили в стены Храма. Первая унесла заднюю стену, снесла крышу и разрушила колоннаду. Вторая, самая мощная, снесла две Нотические Башни и завалила Нижний Храм. А третья унесла один из куполов «Морской точки» и отшвырнула его на два километра в сторону берега. С ней вместе унесло несколько жилых комнат и просмотровый топографический центр. Возможно, самое худшее заключалось в том (учитывая, что Храм и Башни все равно доживали последние дни), что лавины песка и камней завалили все шахты и туннели, ведущие к месту раскопок. Военная часовня была похоронена под обломками.

Но все были целы. Несколько человек получили контузии и синяки, кто-то слегка испугался. И все же все были живы. Карл Пикенс сказал, что они поступили бы правильно, если бы вняли предупреждению и прекратили работы. Так думал не только он.

Хатч, слушавшая его из шаттла, полностью согласилась. Они вместе с Карсоном как раз возвращались – очередной раз обследовали местность. Все море покрыто льдом, но не заметно никаких признаков приближения цунами. Настроение Карсона все время менялось. Он то пребывал в состоянии мрачной сосредоточенности, то приходил в ярость. Голос Генри в динамике звучал устало и бесцветно. Казалось, его больше ничего не трогало.

Плавучего пирса, конечно, больше не существовало. Присцилла Хаткинс пролетела над остатками Башен.

Поступило сообщение от Мелани Траскот.

Арт Гибс и Джордж Хакет встретили их на подводной лодке. Весь следующий час они посвятили разгрузке. Без пирса эта задача оказалась намного сложнее. В самом разгаре работ один ящик упал в море, и они смотрели, как он медленно опускается вниз, исчезая в глубине. В принципе его, конечно, можно отыскать, но у них совершенно не было времени. В результате дела продвигались медленно и неуклюже.

Джордж исподтишка наблюдал за Хатч, а она забавлялась его смущением. Среди приунывшей команды только Генри удавалось сохранить чувство юмора.

– Делайте, что можете, и забудьте об остальном, – сказал он ей. – Какой толк получить язву из-за проблем, которые вы не можете решить.

Но бывали моменты, когда и он казался расстроенным, и в конце концов сознался, что вообще-то ему хотелось видеть более счастливый исход их предприятия.

– Мы всегда будем думать о том, что было там, внизу, – сказал он. – Эти люди жили там тысячи лет. И жаль вот так похоронить их.

Хатч молчала.

– Мы заявим протест, – сказал Арт. – И на этом дело закончится. Вот и все. На большее ни у кого здесь не хватит мужества.

– А что ты предлагаешь? – спросил Джордж.

Арт посмотрел на молодого гиганта.

– Не знаю, – задумчиво произнес он. – Но на месте Генри я придумал бы что-нибудь.

– Не надо ввязываться в такие дела лично, – сказал Карсон. – Это проблемы руководства.

– Думаю, нам надо найти хорошего адвоката и завести дело на этих сволочей, – продолжил Арт. – Они проявили небрежность. По меньшей мере. Не знаю, как другие, а я повредил спину. – Он скривился, делая вид, что умирает от боли.

– Ни к чему хорошему это не приведет, – сказал Карсон. Основная часть работы лежала на них с Джорджем. Они связали вместе шаттл и подлодку, но все равно была большая качка, и суда ударялись друг о друга. Джордж был в подлодке, он передавал ящики Карсону. Это была игра в «поймал – не поймал», и Хатч искренне удивилась, что они уронили всего один ящик.

– Почему? – спросила она. – Пусть мир узнает, какие методы используют Кейсуэй и Траскот.

– Ничего не выйдет, – ответил ей Карсон.