Взмах рукой и, увидев это, командиры двух других батарей, следящие за местом, где я нахожусь, также отдают приказы. Несколько мгновений и очередные ракеты, теперь уже три десятка, несутся в направлении тех же целей. Опять же достигает и попадает в нужную область несколько больше половины, но и этого достаточно для демонстрации.

Всё, отбой! И сразу оживляются другие – те. кто должен потушить занимающиеся пожару вокруг. А область расположения мишеней пусть горит, для того она и создана. Хорошо, кстати, горит! Сперва пожар был так себе, но разгорелся быстро, душевно, вызывая у наблюдающих за стрельбами целую гамму эмоций. Тут ещё и мои слова подоспели:

- Ракеты хороши ещё тем, что даже с направляющих перезарядка времени почти не занимает. Поджёг фитили у первых ракет, отбежал до укрытия, дождался, пока те взмыли в небо, а потом устанавливай новые. Если, конечно, какая-нибудь не осталась валяться и шипеть на позиции. Но даже если и так. то всё равно быстрее. Да и установить можно быстро, к тому же в таких местах уда орудия не притащить. Преимуществ хватает.

- Точность… плохая, - сглотнул Калатари, пытаясь хоть таким образом сбавить впечатления.

- Потому используется большое число. Ну и стрельба по большой цели, в которую легко попасть даже ракетами. Крепость или опять же много кораблей со спущенными парусами в одном месте. Оружие не самое обычное, не для всего пригодное. Но если правильно выбрать место. время и цель, то результат способен сильно обрадовать нас и огорчить врагов.

Люди тут были многое повидавшие, потому представляли себе могущую возникнуть картину. Хотя их как бы всё устраивало в плане эффективности, но вот с точки зрения моральной возникали определённые вопросы. И первым их озвучил Раталли, вымолвивший:

- Если когда то просто арбалет стал «дьявольским оружием», про трои, Чезаре. цепные ядра и бомбы то же само говорят, то уж здесь… В Авиньоне обрадуются так, что не только у нас, в Риме, но и у Лукреции в Приштине слышно станет.

- Разумно. Было бы, если мы хоть раз обстреляем ракетами европейские города. Так мы ж этого делать и не станем, используя новое оружие исключительно против магометан и их городов. Их, я уверен, можно бить любыми видами оружия, не стесняя себя правилами. Крестовый поход уже показал эффективность подобной тактики и благожелательное восприятие оной почти всеми европейскими странами.

Осознание. Осмысление. Согласие. Именно эти эмоции сменяли одна другую на лицах итальянских военачальников. Вот и ладушки. Ответив ещё на несколько вопросов, уточнив некоторые интересные для тех детали, я аккуратно так перевел разговор, чтобы они продолжили задавать вопросы уже не мне, а друг другу и особенно фон Циммеру как главному артиллеристу королевства. Сам же, воспользовавшись представившейся возможностью, улизнул  обратно, к столу, за которым сидели «отец», Лукреция и Бьянка. Чисто семейный круг по большому то счёту. Бьянка, она хоть не супруга и даже не любовница, но учитывая мои наикрепчайшие с неё связи, а также связь девушки иного рода с Лукрецией… Мда. действительно практически семья, пусть и с розоватым отливом с определённой точки зрения. Ну да прекрасной половины человечества много не бывает, чего уж самого себя обманывать.

- Александрия и другие города побережья султаната? – с ходу даже не спросил, а скорее пожелал получить подтверждение Родриго Борджиа. И тут же сам это сделал.