Офицер куда-то пропал, а в этот момент из боковой двери вышел прихрамывающий генерал с тростью и уставился на нас.

Вернее, не на нас, а на дядю.

— Ганнибал? Павел Исаакович? Голубчик! Ты ли это?

— Яков Васильевич? — узнал дядя повстречавшегося офицера и повеселел,– Вот уж не ожидал Вас встретить в Царском селе. Какими судьбами, Ваше Превосходительство?

— Вроде служу я здесь нынче, — пожал генерал плечами,– Считай, с февраля месяца управляющим Царскосельским дворцовым управлением назначен.

Ого, какая должность! Не помню я такого генерала в Царском селе. Да и память предшественника ничего не подсказывает. Может, он хорошо скрывался?

Слуги проводили нас до гостевых покоев.

Должен отметить, что даже здесь, в императорском дворце, апартаменты для гостей достаточно скромные. Этакий полуторакомнатный полулюкс, с сортиром и помывочной в коридоре. Скромненько монархи живут, невзирая на напыщенный внешний вид зданий.

Я зашёл в предложенные мне комнаты и огляделся. Всё довольно простенько, но общий фон внушает.

Прикосновение к этим стенам напоминало мне о великой истории и о высоких идеалах, окружавших дворцовую жизнь. В этом контексте излишняя роскошь выглядела бы пародией на саму себя.

Шторы, хоть и оказались из благородного тёмного бархата, казалось были совершенно забыты, собранные в нитяные складки, как будто никто не желал восхищаться ими.

На маленьком столике из светлого дерева тускло поблёскивали два кованых подсвечника, казавшихся более уместными в крестьянском доме, чем в интерьере дворца.

Даже картина на стене, изображавшая завораживающий пейзаж с горными лугами, невольно напоминала о горьком противоречии между нарисованным великолепием и местной простотой.

— Это императорское великолепие и на турецкие три звезды не тянет, — подвёл я итог осмотра, недовольно морщась, — В плюсах лишь квадратные метры и перины, а в минусе — бытовые удобства и отсутствие симпатичных горничных.

Последнее задевало. С Аглаей толком не успел попрощаться. Как-то всё у нас наспех и скомкано получилось. Даже вспоминать не хочется.

Я посмотрел на загорающиеся окна Лицея и подумал: «Как же всё просто у школяров — накормят, напоят и спать уложат. А тут крутись, как хочешь и никогда не узнаешь, что тебе следующий день принесёт.»

В гости что ли сходить? Нужно всего лишь подняться на третий этаж и пройти по коридору.

Вот только зачем? Меня уже в Лицее если не забыли, то точно из всех раскладов списали. Там теперь другие лидеры и веяния. Не хочу оказаться смешным и лишним.

Я вступаю в новую жизнь. И это только лишь первый решительный шаг.

Из интересного на АТ:

Переродился ребёнком, и постоянно попадал в иллюзорные барьеры, где каждый раз меня жестоко убивали. Я не сдался и вырос, сохранив рассудок, превратив это в свою силу

Глава 21

Можно сколь угодно долго говорить и спорить о нравах и традициях, царящих в Екатерининском Дворце, но дураков здесь точно нет. По крайней мере, я не успел таковых заметить. Не успели мы позавтракать и собраться в покоях, которые были выделены деду, как пожаловал дядин знакомый, генерал Захаржевский, в сопровождении молодого офицера:

— Позвольте представить, милостивые судари, адъютанта князя Волконского, штаб-ротмистра Сергея Григорьевича Строганова. Из вчерашнего разговора с Павлом Исааковичем, — посмотрел Яков Васильевич на моего дядю,– я понял, что вы желаете продемонстрировать Его Императорскому Величеству некие картины. Думаю, что лучше всего холсты вставить в рамы, коих в моём хозяйстве без счёту. Так как сам я в изобразительном искусстве мало понимаю, то позволил себе обратиться к Сергею Григорьевичу, который по долгу службы сегодня оказался в Большом Дворце.