И вот ведь что странно — я верил каждому слову из того, что говорил.

Но, братцы, я вам доложу, и речь же у меня получилась!

После этого мы все вместе собрались прослушивать запись и мое стереоизображение. Здесь был и Джимми Вашингтон, присутствие которого держало в узде Билли Корпсмена. Когда запись кончилась, я спросил:

— Ну как, Родж? Будем что-нибудь вырезать?

Он вынул изо рта сигару и ответил:

— Нет. Если хотите, чтобы все было в порядке, послушайте моего совета, шеф, пустите ее в том виде, в каком она есть.

Корпсмен снова удалился, но зато мистер Вашингтон подошел ко мне со слезами на глазах. Слезы в невесомости выглядят странно: им некуда течь.

— Мистер Бонфорт, это было прекрасно!

— Спасибо, Джимми!

Пенни вообще не могла произнести ни слова.

После просмотра я отключился. Удачное представление всегда выжимает меня досуха. Я спал больше восьми часов, пока меня не разбудила корабельная сирена. Я привязался к койке — ненавижу плавать во сне по всей комнате — поэтому не мог двигаться. Но я понятия не имел о том, что мы стартуем и поэтому связался с рубкой, не дожидаясь второго предупреждения.

— Капитан Бродбент?

— Секунду, сэр, — услышал я голос Эпштейна.

Затем мне ответил сам Дэк.

— Да, шеф? Мы стартуем по расписанию, в точности, как вы распорядились.

— Что? Ах, да, конечно.

— Думаю, что мистер Клифтон скоро будет у вас.

— Отлично, капитан. — Я снова откинулся на койку и стал ждать.

Как только мы стартовали при ускорении в одно «G», в каюту вошел Родж Клифтон. Он выглядел очень обеспокоенным. Я никак не мог понять, чем. Здесь были смешаны и триумф, и беспокойство и смущение.

— Что случилось, Родж?

— Шеф! Они нанесли нам удар! Правительство Квироги подало в отставку!

Глава 7

Спросонья я все еще туго соображал и, чтобы хоть немного прояснить свои мысли, я помотал головой.

— А отчего это вас так беспокоит, Родж? Ведь вы, кажется, именно этого и добивались?

— Да, конечно… Но… — он запнулся.

— Но что? Я не понимаю. Вы все годами работали и строили планы, как свалить правительство Квироги, а теперь вы добились своего. А выглядите теперь как невеста, которая начинает перед самой свадьбой подумывать, не бросить ли ей всю эту затею. Почему? Нехорошие дяди ушли и теперь божьи дети вновь обретут кров над головой. Разве не так?

— Э-э-э… Вы еще мало сталкивались с политикой.

— Вы это знаете так же хорошо, как и я. Меня излечила от увлечения ею должность разведчика в нашей группе скаутов.

— Так вот, видите ли, в политике главное — точно избранное время.

— Конечно, так всегда говорил и мой отец. А теперь, если я правильно вас понял, вы бы предпочли, чтобы Квирога по-прежнему находился у власти. Ведь вы сами сказали «нанесли удар».

— Позвольте, я объясню. На самом деле мы добивались того, чтобы на голосование был вынесен вотум доверия. Мы выиграли бы его и это привело бы к назначению новых выборов, но в то время, когда это было бы нам нужно, когда мы были бы уверены, что победим на выборах.

— Ах, вот оно что. А сейчас вы не уверены, что победите? Вы думаете, что Квирога будет вновь избран и еще пять лет будет возглавлять правительство — или, по крайней мере, его будет возглавлять сторонник партии человечества.