«Думай, что говоришь!» – хмуро предупредил Андр.

Нервы, нервы! – подумал Андрей, но остановить себя уже не мог.

«А что? – сказал он, болезненно кривя губы. – Мне, кстати, не показалось, что тебе так уж претит бытие храмовника. Подумай, стоит ли месть риска? Ведь идеи тебя волнуют не слишком, разве нет?»

Смуглое лицо Андра потемнело ещё больше. После продолжительной паузы, к концу которой Андрей уже пожалел о сказанном, боевик сдержанно произнёс:

«Что-то нам стало тесно вдвоём. Может, и в самом деле лучше на время разойтись?»

«Не знаю, – ответил Андрей, едва разжимая челюсти. – Надо подумать».

«Ну, ты думай, а я пока посплю, – решил Андр. – Завтра всё обсудим».

Андр отключился, заснул почти мгновенно. Но на этот раз его ровное дыхание не помогло Андрею расслабиться.

Поговорили! – думал он обиженно. – Единственный человек рядом – куда уж ближе! – и то не можем договориться. Где же тогда рассчитывать на понимание? Эх, жизнь!..

В «кабинете» ему сегодня было зябко и неприкаянно, и даже райские забавы не соблазняли. Воссоединившись с телом, Андрей тяжело поднялся и поплёлся в ванную, бережно неся искусанную руку. Кое-как перевязал её, вернулся в комнату и включил магнитофон, игнорируя ночное время. Под музыку лучше думалось, а соседи потерпят – не всё же ему одному…

Итак, размышлял Андрей, какая роль в игре этой приветливой садистки отводится мне? Наверняка я побывал в шкуре Отца с её подачи, хотя за это она и покуражилась надо мной от души. Но откуда у неё эти сведения, и почему она снабжает ими меня? Что ещё у неё в запасе?

Андрей вздохнул: как ни дорого обходится информация, но придётся, видимо, наведаться к этой стерве ещё разок-другой… третий… Только чуть погодя, когда придушу в себе зверя.

А ведь в каждом живёт зверь, только не все об этом знают – не было случая проверить, слишком бестревожно живём, катимся по наезженной колее. Но зверь существует, он спит – годами, десятилетиями, и рано надеяться, что он околел. Потому что время от времени то одному, то другому из спокойно живущих приходится вступать со своим зверем в единоборство. И только тогда наконец выясняется, чего в нём больше – человеческого или звериного. И не дай бог, если казавшиеся ранее безобидными и даже полезными инстинкты вдруг затмевают рассудок и овладевают человеком целиком – будто вселившийся в него злой дух!..

Часть вторая

1

Стэн не соврал: сегодняшняя гипнопрограмма разительно отличалась от предыдущих и длилась вдвое дольше, загрузив память Андра массой разнообразных сведений, положенных Старшему Служителю ордена Храма. Проснувшись, Андр произвёл беглый обзор свежеприобретённых знаний, но, как и ожидалось, почти всё было ему уже известно, а остальное доверия не вызывало. Впрочем, наверняка многое задержалось в подсознании и только ждало случая, чтобы проявиться – иногда самым неожиданным образом.

Наскоро прокрутив утренний ритуал: бодрящий массаж, душ, завтрак, – Андр поднялся лифтом в верхние этажи монастыря для предписанного гипнопрограммой представления магистру ордена.

Судя по всему, двойник ещё спал, и беспокоить его Андр не решился, помня о том глупом споре, который они затеяли минувшей ночью, – простительном для вспыльчивого, самолюбивого Андрея, но уж никак не для битого жизнью боевика.

Магистр принял Андра немедленно, что не было типичным и потому настораживало. Сидя за массивным столом, под исполинским фотопортретом Отца, магистр до краёв заполнял кресло своим необъятным оплывшим телом и улыбался гостю с такой теплотой, будто ждал этой встречи годы.