И поднялись вокруг Столицы первые Котлы, и поползли они на мир, неумолимо расширяя амнезийный круг, превращая население в бездумное стадо, обращая в прах надежды всех Его врагов.

Их разъединил холод. Солнце исчезло, над почерневшим морем низко и тяжело ползли тучи, из которых сыпал колючий снег. Быстро набирал силу ветер – о валун уже разбивались первые, невысокие пока волны, обдавая людей ледяными брызгами.

– Что за бедлам! – возмутился Андрей. – И это курорт?

Дейна с силой оттолкнула его, расхохоталась.

– Отгулялись! – выкрикнула она между приступами смеха. – Жди гостей!

– Ну ты, государыня-рыбка! – рявкнул Андрей. – Без паники!

Но ему самому вдруг стало страшно. Верхушки волн отливали багровым, от воды поднимался душный, тошнотворный запах. До боли знакомые симптомы…

Рывком подняв девушку с камня, Андрей столкнул её в воду, следом прыгнул сам. От холода перехватило дыхание. Они вырвались на берег, шмыгнули, спасаясь от пронизывающего ветра, в нору и зарылись в мех, прижимаясь друг к другу в тщетных попытках сохранить ускользающее тепло.

– Если это контрастный душ, – выговорил, стуча зубами, Андрей, – то с контрастностью здесь перебрали!

Внезапное наступление холодов отозвалось в нём затравленной яростью, направленной вовсе не против Дейны, сейчас увядшей и потускневшей, – девушка наверняка была непричастна к обледенению, так же как и к недавней неудаче его попыток вырваться. Но все эти бесчинства слишком живо напомнили Андрею некоторые – не самые приятные – места из воспоминаний Кимы. Снаружи творилось невообразимое: ветер ревел, сотрясая порывами скалу, волны таранили стену. Вода уже затопила вход и ползла по наклонному полу к осаждённым.

– Не спи – замёрзнешь! – прокричал Андрей бессмертную фразу девушке на ухо. – Пора поднимать мосты!

Дейна не реагировала, распластавшись по меху проколотым баллоном. Одной рукой Андрей поднял её распадающееся, бескостное тело, второй стал хлестать по щекам – пока не открылись апатичные глаза.

– Видишь? – показал он на прибывающую воду.

Девушка слабо кивнула, и поперёк прохода обрушилась громадная плита, преградив воде путь. Но это только добавило ярости взбесившемуся морю. Свод пещерки трескался и проседал под ударами, на людей уже начала сыпаться щебёнка.

Если это имитация, снова подумалось Андрею, то дьявольски натуральная. Трещат последние рубежи Дейниной обороны. Если я сейчас не вмешаюсь…

Торопливо он образовал вокруг себя и Дейны защитную оболочку и с силой надавил на неё изнутри. Капсула стремительно разбухла, заполнив всю пещеру и подперев тугой плёнкой колышущийся свод. Сразу стало тихо и покойно, воздух быстро нагревался. С сомнением вздохнув, Андрей потряс за плечо оживающую Дейну:

– Не верю, чтобы в этой крепости не был предусмотрен запасной выход, – с твоим-то иезуитством!..

– Там, – вяло показала девушка, и в скале образовался узкий проём. Она уронила руку, через силу усмехнулась:

– Толку!.. Ты один умный?

Андрей приоткрыл в своей оболочке, против входа, компактную щель и приблизился. Ощутив телом морозность наружного воздуха, он нырнул в ход и очутился на крохотном балконе. Шагнул к перилам и вздохнул.

Балкончик лепился на выступе отвесной скалы, которая просматривалась лишь на пару десятков метров – дальше стена загибалась и уходила из поля зрения. Существовали только этот кусок скалы и звёздное небо, больше ничего. У пропасти, на краю которой он стоял, не было дна – внизу так же холодно и равнодушно мерцали звёзды.