А спустя мгновение впервые поймал себя на мысли, что внутри него, в спрятанном в самых глубинах мозга подсознании, с детства привыкшего в подобных случаях видеть совершенно иное, родное, настоящее лицо, даже ничего не шевельнулось. Ни-че-го! Словно и не было в природе никакой операции.

 Вообще ничего не было…

 Капитан Логинов

 Машина следственных действий была запущена, и Костя в компании поднятых по тревоге судмедэксперта и фотографа помчался в стареньком «рафике» по ночным улицам города.

 Отыскать место, где в полной темноте среди кустов сирени лежал труп насильника, оказалось делом одной минуты.

 Нагнувшись над убитым, затылок которого был превращен в сплошное кровавое месиво. Костя, дав возможность фотографу сделать все необходимые снимки, перевернул тело на спину. И тут же тихо присвистнул. Несмотря на то что половина лица была изрядно подпорчена пулей и представляла из себя нечто невообразимое, он сразу же узнал этого человека.

 – Яблонский, братцы! Мать твою, точно! – Логинов выпрямился и ошеломленно посмотрел на судмедэксперта – угрюмого и насупленного пожилого мужчину, проработавшего в милиции более тридцати лет и повидавшего на своем веку всякого.

 – Он, голубчик, – сухо резюмировал ветеран. За его спиной снова полыхнула на миг осветившая всю тесную, погруженную во мрак ночи, полянку фотовспышка. – Кто бы мог подумать… Вообще-то я слышал, что он сейчас в армии служит по контракту.

 – Да, я тоже что-то подобное поймал краем уха, – кивнул, хлопая себя по карманам куртки в поисках сигарет. Костя. – Выходит, либо туфта, либо уже вернулся назад в Питер. Даже не могу поверить, что он был способен на такое.

 Мужики из прокуратуры охренеют, когда узнают. А уж журналюги, падлы, вообще такой хипеш поднимут…

 – А какое им дело? – скривил губы приблизившийся к Косте фотограф, тоже отмотавший в милиции добрую треть жизни. – Кажись, этот громила уже года три как из следаков уволился, верно? Мало ли кто когда в органах служил! Кайманов вон, авторитет бандитский, так раньше вообще в рижском ОМОНе шороху на гансов тамошних наводил!

 – Но не в чине старшего следователя по особо важным делам, – резонно заметил Логинов. – Если мне не изменяет память, именно Яблонский тогда вел дело Скопцова, которого затем приговорили к «вышке» за те самые убийства…

 Помнится, еще тогда поговаривали мужики из убойного, что, мол, Яблонский вообще к бабам слишком уж неровно дышит. Конечно, все мы здесь, мягко говоря, не пидоры, но он прямо-таки рычал, когда симпатичную телку видел…

 – Возьмем на анализ кровь, волосы, кожу и сперму и проверим причастность ко всем пяти убийствам двухгодичной давности и к трем последним, – философски заметил судмедэксперт. – Вот вони-то будет, если он всех этих девочек порешил, а потом сам же вел следствие по тому делу, подводя под стенку невиновного таксиста!

 – Отыскать бы того парня, который ему башку снес, я бы ему не только руку пожал, но и дастархан соорудил, насколько башлей хватит, – пообещал Костя.

 Алтаец

 Сегодня с рассветом что-то изменилось. Алтаец взглянул на себя в зеркало и не почувствовал обычного отчуждения к своему новому лицу. Словно и не было никакой операции…

 – Доброе утро, приятель! – усмехнувшись, поздоровался с отражением Алтаец.