Общие потери ВВС Западного фронта 22 июня составили 738 самолётов, в том числе 528 было потеряно на земле. Всего исправных самолётов в округе было полторы тысячи.

Совершив облёт разрушенных аэродромов и узнав о масштабах потерь, Копец застрелился в своём служебном кабинете около 18:00 того же дня.

Конец главы 3.

Глава 4. На войне нет мелочей

8 марта, вторник.

Кирилл Арсеньевич.

Летим в самолёте, уже в Казань. Из Тушино, а до этого заглядывали в Ленинград на авиазавод № 23. Очень руководство удивилось, когда я, вернее, мой генерал затребовал себе месячный выпуск самолётов. Всю сотню.

— Наркомат даст команду — продукция пойдёт вам, — так сказал директор Красильников. А что ещё он мог сказать.

— Мне этого мало. Я вам звонил, вы сказали, что мой груз получен.

Пошли смотреть мою посылку. Там были самолёты И-16, МиГи, Як-1, Пе-2. Маленькие самолёты просто без крыльев, от Пе-2 только кабина пилота и штурмана. Все самолёты либо разбившиеся, либо с исчерпанным моторесурсом. У нас таких много, несколько сотен. Какие-то на запчасти пойдут, какие-то можно отремонтировать.

Прислал я их сюда не просто так. Посоветовался с техниками, лётчиками и укрепился в мнении, что может сработать. Я напряжённо думаю, как мне и рыбки наловить и сексуальное удовлетворение получить. Как при жестокой экономии топлива, которую мы ввели, при символическом налёте получить если не опытных лётчиков, то хотя бы как-то подготовленных? У нас небольшая прослойка пилотов, искусных и опытных. Кто-то же должен границу патрулировать и за обучением войск следить. Всё время кто-то летает и процентов десять-пятнадцать пилотов имеют налёты больше пятидесяти часов. У половины из них — больше ста.

Простого ключа к решению проблемы нет. Придётся решать её комплексно и, к сожалению, частично. За этим мы и были в Ленинграде, на заводе, выпускающем учебный самолёт У-2. Лёгкий, фанерный, простой в управлении, удачнейший вариант для начального обучения пилотов. Мой генерал и вся страна ещё не знает, какое веское слово они сказали во время будущей войны. Полки ночных бомбардировщиков изрядно портили крови немцам. Их малая скорость неожиданно стала ценным качеством. Их не брали радары, пристроиться к ним в хвост и спокойно расстрелять не получалось. Современные самолёты просто не могли скорость уравнять. У-2 стоит только вильнуть, как мессер или фоккер проносятся дальше, и могут запулить вслед только отборными немецкими ругательствами.

И кто молодец? Я — молодец. Сначала по телефону обговорил с главным конструктором идею сымитировать на У-2 управление других самолётов. Приборная доска, основные рычаги должны быть копией других самолётов. Тех, что я им послал.

Идея в том, чтобы обучив пилота на имитации И-16 или Як-1, реализованной на У-2, только потом пересаживать их на истребители. Или другие самолёты. Считать прошедших курс вождения на У-2 полностью готовыми пилотами нельзя. Я всего лишь надеюсь, что это сильно поможет освоить предназначенный лётчику самолёт.

Все эти половецкие пляски с У-2 ради одной цели: экономии топлива. У-2 съедает в три раза меньше за час полёта, чем И-16, наш самый популярный истребитель. Другие самолёты жрут ещё больше. Получается, что на таком же количестве топлива лётчик сделает налёт в три раза больше. И лимит в пятнадцать часов, который определил маршал Тимошенко, путём таких ухищрений превращается в сорок пять. Но сорок пять не будет, тридцать-тридцать пять и хватит. Иначе никакой экономии не выйдет. Этот метод подготовки я называю «маргарин». Маргарин тоже эрзац, полностью про себя я обозвал эту программу «маргарин вместо масла».

Красильников мне пообещал сделать всё возможное. Кажется, его это вдохновило. Насколько я понял, он собирается выпустить их, как новые модели, и под эту марку срубить премии и другие плюшки.