— Да, сэр. Что вам подать? — услышал он, едва сел за стойку.

Бармен выглядел так, словно был студентом местного университета и после выпуска решил остаться в городе, и это Кайлу представлялось разумным выбором. Коротко подстриженные белокурые волосы с модной челкой спереди. Лет двадцати пяти. Совершенно тупой, судя по выражению глаз и широкой приветливой улыбке.

— Как дела, приятель? — произнес Крейг обычное приветствие. Спросил о винах, потом заказал брунелло ди монтальчино, казавшееся лучше других красных вин.

— Брунелло подается только бутылками. Не знаю, ясно ли я выразился, сэр.

— Это не проблема. Выйдя отсюда, я не сяду за руль. — Кайл Крейг издал веселый смешок. — Возьму бутылку. Откупорь ее, пожалуйста, пусть идет аромат. И я бы хотел закуску из сыра бри и яблока. Могут нарезать свежее яблоко?

— Я могу помочь вам с брунелло. Нужна помощь?

Этот женский голос послышался справа от Кайла.

Он повернулся и увидел сидящую неподалеку женщину. Она была одна. Приятно улыбнулась ему. «Из полиции? — подумал он. Потом: — Нет. — Потом: — Разве что слишком хорошо знает свое дело».

— Я Камилла Пог. — Она улыбнулась, как показалось ему, застенчиво и слегка лукаво. Темноволосая, невысокая, ростом без обуви от силы пять футов. Лет тридцать пять — тридцать восемь. Явно одинокая, что было странно при ее внешности, и его это слегка заинтересовало. Кайла влекло к людям, у которых есть небольшие сложности, по крайней мере пока он не понимал их.

— Буду рад компании. — Кайл тоже улыбнулся. Не слишком вызывающе. — Я Алекс… Кросс.

— Привет, Алекс.

Кайл подошел к Камилле, сел рядом с ней, и они непринужденно разговаривали с полчаса. На первый взгляд она казалась веселой и лишь слегка нервозной. Преподавала в университете историю искусств, специализировалась по итальянскому Возрождению. Жила в Риме, Флоренции и Венеции, теперь вернулась в Соединенные Штаты, но не знала, стоит ли оставаться здесь, то есть в Америке, не просто в Айова-Сити.

— Потому что Америка не такая, как тебе помнится, или потому что именно такая? — спросил Крейг.

Камилла засмеялась:

— Думаю, Алекс, немного того и другого. Политическая наивность и равнодушие в Штатах иногда просто сводят меня с ума. Но больше всего беспокоит конформизм. Это сущий рак, и он как будто распространяется, особенно в журналистике. Кажется, все боятся иметь собственное мнение.

Кайл кивнул:

— Камилла, я полностью согласен с тобой.

Она подалась поближе:

— Значит, Алекс, ты не такой, как все?

— Думаю, не такой. Нет, уверен в этом. Не такой в хорошем смысле, разумеется.

— Разумеется.

Допив брунелло, они погуляли по городской площади. Потом она пригласила его к себе, в красивый серо-белый дом колониального стиля с наружными ящиками на окнах, где росли яркие цветы. Преподавательница занимала весь нижний этаж, обставленный европейской мебелью, украшенный европейскими произведениями искусства, просторный, открытый, гостеприимный. Открылась еще одна ее сторона, приятная: женщина показалась ему простой, непритязательной.

— Алекс, ты ел? Что-нибудь кроме яблока и сыра? Свежего нарезанного яблока? — Она подошла к нему, чуть более развязная у себя дома. Груди у нее были мягкими, но все остальное выглядело твердым. Она показалась ему весьма привлекательной, и внезапно Кайл понял, что очень хочет ее. Он ощутил невероятный прилив страсти.

Но первым делом Крейг сорвал с себя маску, и глаза ее расширились от удивления и страха.

— О нет!

Не желая больше терять попусту время, Кайл нанес колющий удар пешней для колки льда, которую держал в правой руке.