Теперь из-за шума моторов уже совсем ничего нельзя было расслышать, и, склонившись над кабиной, Рэкли, глядя на Марквола, лишь похлопал себя по ушам и губам.

Марквол понимающе кивнул и включил вокс.

— Проверка связи, проверка связи, — вызывал он ведущего группы. — Говорит «Умбра Восемь». «Умбра Восемь». Как меня слышно? Прием.

— «Умбра Восемь», говорит ведущий. Вас слышно хорошо. Марквол, у тебя все в порядке?

— Так точно, мэм. На полосе зеленые огни. Повторяю: зеленые огни. Полностью готов к взлету.

— Ждите команды, Восьмой.

Марквол осенил себя знаком аквилы и повернулся к Рэкли. Он поднял большой палец, и главный механик, довольно улыбаясь, отдал ему честь и закрыл капсулу кабины. Тотчас природа шума изменилась. Стоны реактивных турбин звучали теперь приглушенно, но Марквол сразу же оказался в замкнутом пространстве, где вовсю резонировали ультразвуковые вибрации.

Молодой летчик проверил замки кабины, а затем весь согнулся, встав почти на колени, давая таким образом условный сигнал своему главному механику. В ответ Рэкли кивнул и, спрыгнув с самолета, побежал за обложенную мешками с песком стену укрытия.

— Говорит «Умбра Восемь». Закрыл кабину и готов к взлету.

— Вас поняла, Восьмой.

— «Умбра Десять» готов.

— «Умбра Семь» ждет команды на взлет.

— Всем ждать команды, — повторила Джагди. — «Четыре Два» взлетает перед нами.

Из вокса донеслась оживленная многоголосица летчиков взлетающей группы. Затем гул реактивных двигателей вновь почти оглушил Марквола, несмотря на то что его кабина была закрыта, а на голову надет плотный летный шлем. Все четыре «Громовых стрелы», стоявшие по соседству, разом вертикально поднялись со своих долговременных стоянок. Пространство под каждой из них после включения направленного ускорения, казалось, буквально раскалилось от бурного реактивного выхлопа. Асче, Кордиаль и Ранфре — соответственно Четвертый, Одиннадцатый и Двенадцатый номера звена — под началом Бланшера входили в боевой состав «Умбры Два».

Ведомые опытным командиром, они взлетали, постепенно набирая горизонтальную составляющую своей скорости. Держась плотной группой и понемногу поворачивая направляющие сопла, они поднимались все выше и летели все быстрее. Когда же их самолеты вылетели за пределы аэродрома, главные сопла вспыхнули ярким желтым светом, что могло означать только включение максимального ускорения. Теперь самолеты «Умбры Два» стали стремительно уменьшаться в размерах, удаляясь и взмывая в самую высь.

— Вызываю Центр Управления Полетами. Говорит ведущий «Четыре-Один», — услышал Марквол голос Джагди. — Прошу разрешения на взлет.

— Вызываю ведущего «Четыре-Один». Говорит Центр Управления. Ваш коридор свободен, можете взлетать немедленно. Доброй охоты!

— «Четыре-Один», говорит ведущий. Мы взлетаем.

Марквол открыл газ и сразу почувствовал, как его машина задрожала, будто разъяренный зверь. Теперь Ускорение на максимум. Пилот почувствовал легкое колебание корпуса, когда «Пятно» оторвалось от своей стоянки. Даже отдавая себе отчет, что это съедает массу лишнего горючего, Марквол все равно всегда предпочитал взлетать, используя сопла с направляемым вектором тяги. Он просто терпеть не мог пусковые установки и тот пренеприятнейший толчок, который ощущаешь когда самолет ракетой взлетает со стоянки. Внутренне юноша поблагодарил судьбу, что на аэродроме в Тэде еще не успели возвести ни одной такой установки.