| Желания имеют свойство сбываться. Мы слишком часто говорим не то, что надо. Рация пикнула, подхватил на автомате. К тому времени с Салаватом и Ленкой у розового вагона, раздумывали, хватит ли угля или надо идти в лес тонуть по колено в грязи? Так, надо развлечься, отогнать тоску. Здесь вроде ровное поле. Не так уж и грязно. Десять тачек укатили за углём. Богдан с парой солдат кроет. Остальные все люди у состава. Не считая раненых, игроков шесть наберётся. - Тёма, у нас же там был где-то мячик? - Конечно. Футбольный, - обронил завхоз, не сразу понимая, о чём я. - Я на ножке триста выбиваю. Хочешь, покажу? - Лучше я тебе покажу, что такое настоящий футбол. Я подхватил рацию, нажал кнопку: - Кузьмич, кости размять не желаешь? Зови народ на товарищеский матч. Три на три. - А что, неплохая идея. - Загорелся машинист. - Я даже на воротах постою… Хотя, брешу. Я - нападающий! Через пятнадцать минут народ носился по лужам за мячиком. Команда «Зенит» против команды «Спартака». Жаль, что из всей экспедиции только я, Кузьмич и Брусов помнили значение этих слов. Рассказать правила на пальцах не составило много времени. Импровизированные ворота с обоих сторон состояли из пары чурок. Кузьмич стал играющим судьёй. Свистел он и без свистка будь здоров. Судил хуже, но кого это волновало? Было решено играть на сгущёнку! По банке на игрока! Остальные люди, не допущенные к турниру по причине травм, были зрителями и болельщиками. Вот и носились по полю сначала шесть человек, а после больше. Ещё двое без конца ловили мячики у ворот. Поскольку на воротах стояли женщины, голы сыпались один за другим. Многие играли в футбол впервые. На двадцатом мяче я сбился со счёта. Финальный посвист Кузьмича раздался, когда счёт был тридцать-тридцать. Как он считал, оставалось загадкой. Но настроение у всех поднялось. Хоть на время забыли про всех этих мутантов, про смерти. Развеялись. Уговор есть уговор - на ужин пришлось раздавать целую коробку сгущёнки. Какого было моё удивление, когда через полчаса после ужина я обнаружил половину из них у Андрейки. Спал он отныне на верхней полке моего с Ленкой купе, там же и складировал запасы щедрых игроков. Решив, что одному ему столько не съесть даже с чаем, тайком положил банку под подушку Лене. Похоже, они становились ближе не по дням, а по часам. В путь мы решились тронуться только с утра. Гудок тринадцатый - Шаровая молния как этнический признак - Весь мир, почудилось ему, Охвачен безумием плоти Эмиль Золя. «Нана» Следующий день принёс новые сюрпризы: Кузьмич грустно сообщил по рации, что дальше рельсовых путей не наблюдается. В недоумении пробежавшись разведгруппой вдоль того, что ранее называлось железнодорожным сообщением, мы и вовсе выяснили, что и всех наших рельсов не хватит, чтобы закрыть брешь, растянувшуюся на несколько километров. Тема дня - куда они делись все за ночь?! Вчера же были! Всего два километра без рельсов и вся экспедиция была поставлена на грань падения. Вот так просто взять и перечеркнуть все наши труды, наши надежды. - Да не может быть! Искать! Искать рельсы по округе, чёрт бы их побрал! Далеко утащить не могли! - бубнил я в рацию, пока три разведгруппы прочёсывали окрестности. |
