|
В то же время она сочла бы себя ущемленной, если бы гостей с ее стороны на свадьбе было бы меньше, чем со стороны Вадима. Поэтому Лера решила позвать людей, с которыми ее связывали деловые интересы и которые могли быть ей полезны в будущем. Роль свидетельницы исполняла Алина Лисовская, ближайшая приятельница Валерии. Она недолгое время работала барменшей в том же казино, что и Валерия, а потом вышла замуж за Жору Лисовского, который был партнером Валентина Эдуардовича в одном из его многочисленных предприятий. Алина относилась к Лере неплохо и часто приглашала на светские мероприятия, но при этом всячески подчеркивала разницу в их социальном положении. Так что для Леры было большим удовольствием пригласить Алину с Жорой на свое бракосочетание с теннисной знаменитостью и на банкет. Накануне торжественного события Валерия позвонила Вадиму и слегка дрожащим голосом сообщила, что родители не смогут прибыть на свадьбу: — Позвонил мой папа и сказал, что мать позавчера поскользнулась на лестнице и сломала ногу. Сейчас лежит в гипсе, ехать никуда не может, а отец за ней ухаживает. — Мне очень жаль, — искренне расстроился Вадим. — Как это некстати. Но, надеюсь, перелом не очень сложный? — Да нет, обычный перелом. — Что же теперь делать… У нас все назначено. Надо перенести…. — Даже не думай об этом. Мама с папой в один голос умоляли нас ничего не переносить и не отменять. Они нам шлют самые лучшие пожелания и так далее, ну ты же знаешь не хуже меня, чего желают родители. А мы им потом фотографии отправим. Разумеется, она убедила и успокоила своего жениха. Простодушный Вадим даже не обратил внимания на то, что число приглашенных на банкет не изменилось: количество гостей со стороны невесты полностью соответствовало квоте, которую Валерия с самого начала для себя определила. Когда Вадим с букетом белых роз вошел в квартирку своей невесты, чтобы ехать во Дворец бракосочетания, он застыл на пороге. Платье из какого-то бело-серебристого материала, воздушного, но не прозрачного, плотно охватывало стройную фигуру Валерии, которая казалась еще выше в белых туфельках на тонком каблуке. Валерия отвергла традиционную фату, и на ее густые черные волосы, уложенные в пышную прическу, была надета изящная белая шляпка. Глубокие черные глаза смотрели на Вадима загадочно и призывно. «Вы сгубили меня, очи черные, — вдруг вспомнилось ему. — Как люблю я вас, как боюсь я вас». Вадим усмехнулся: обычный мандраж холостяка, который идет к венцу. Сколько раз Вадим наблюдал такое состояние на свадьбах своих приятелей, сколько раз добродушно над ними подшучивал. И вот теперь то же самое происходит с ним самим. Через какой-нибудь час эта черноокая фея станет Валерией Вороновой, его женой. Свадебные мероприятия разворачивались в полном соответствии с установленным на этот предмет протоколом. Гости постепенно собирались на подступах к тому помещению, где через некоторое время их ожидает радость присутствовать при кульминации матримониального действа. Поблизости толпились группами незнакомые соседи по очереди за свидетельством о безоблачном семейном счастье и их болельщики. Команда Вороновых проходила третьими, во-о-он за теми (пухленькой подержанной блондинкой лет тридцати пяти и худощавым жгучим брюнетом с пронзительными глазами навыкате). Пока же под доносившиеся звуки чужих Мендельсонов гости кучковались по принципу знакомства и переговаривались вполголоса. Мужчины подходили к Вадиму, похлопывали по плечу, поздравляли, совершенно искренне отмечали исключительные внешние данные невесты и вполне убедительно говорили о ее добродетели и высоких душевных качествах, а некоторые указывали и на редкий ум. Женщины тяготели более к флангу невесты и также выражали свое ободрение и одобрение. Все были довольно скованны, многие волновались, некоторые переживали. |
