Все торговые посылки он получал на имя «Торгового дома Ландезен и Ландезен».

Предчувствуя недоброе, Иван Петрович позвонил горничную, не велел к себе пускать решительно никого, запер кабинет на ключ и осторожно начал распечатывать.

Обшивка из холста с четко выведенным печатными буквами адресом указывала, что посылка отправлена с одной из станций приваршавских.

— Каким же это образом? Сама убийца здесь, в Питере. Она призналась в убийстве мужа. Любовник ее тоже арестован. Кто же послал эту… бррр… мертвую ногу из Варшавы?.. Значит, у Невзоровой был еще сообщник!.. Значит, он бежал в Варшаву, затем за границу и оттуда, по пути, чтобы замести следы, рассылает части трупа!.. А может быть, Невзорова убила не сама, а поручила убить мужа, когда он уехал в Варшаву… Да, несомненно, муж убит в Варшаве другим любовником этой предприимчивой дамы… Но откуда же тогда отпечаток кровавой руки в ее спальне на обоях?.. Ведь вот он уже снят и воспроизведен в газете… Ничего не понимаю!.. Откуда они взяли мой адрес?.. Теремовский… фамилия знакомая… я, кажется, встречался с ним в клубе… Во всяком случае, послано не без его ведома… Донести полиции!.. Но это значит втюриться в канительную историю… Будут таскать по следователям, по судам… Нет уж, благодарю покорно… В газеты попадешь… Станут трепать имя… бррр… Ясно одно, необходимо немедленно незаметно сплавить ящик, отпихнуть от себя… Хладнокровие, хладнокровие!.. Надо серьезно обдумать, кому и как послать. Куда?..

Первая мысль была отослать Ратнеру, жесточайшему конкуренту «Торгового дома Ландезен и Ландезен».

Но не сыграет ли Иван Петрович тем самым в руку молодой фирме Ратнера? Как-никак, а ведь реклама получится колоссальная: весь мир из газет завтра узнает, что существует на свете фирма «Яков Ратнер и К°».

А теперь кто о нем знает?

Другое дело, если поступить умненько и впутать Рат-нера в это грязное дело. Послать так, чтобы его немедленно арестовали.

Гениальная мысль осенила его.

«Ведь Теремовский, кажется, юрисконсульт Ратнеров! Ну да. В клубе говорили даже, что он в приятных отношениях с мадам Ратнер. Если ей адресовать лично. И вложить записку. Только два загадочных слова: «Спаси. Прости». Напечатать можно на машинке. Никто не узнает, кто писал… Все будут думать на Теремовского… Какой удар для Ратне-ра! Ведь он не догадывается, что его жена путается с адвокатом! Какой удар для мадам Ратнер! Ведь она не знает, что Теремовский любовник Невзоровой, этой женщины-убийцы!

Какая каша заварится! Какой скандал вокруг фирмы Ратнер!»

Всегда хладнокровный Иван Петрович чуть не подскочил от бурной радости.

— Надо уметь с пользой выйти из всякого положения! Конечно, со стороны Ивана Петровича не совсем корректно пользоваться подобными приемами. Но a la guerre comme a la guerre! На войне, как на войне! Разве сам Ратнер останавливается перед возможностями подставить ему ногу?!..

— Ну вот и я ему подставил ногу, да не простую, а, хе-хе-хе, мертвую.

И довольный своей циничной остротой Ландезен принялся за работу.

Глава пятнадцатая ТАИНСТВЕННЫЙ ЖОРЖ

Следователь озадачил Георгия Петровича вопросом, который, казалось бы, не имеет никакого отношения к делу Лидии Львовны, по которому он арестован.

— В каких отношениях состояли вы с Анной Антоновной Ратнер?

— Я поверенный ее супруга Карла Вильгельмовича…

— Ну, а с его супругой не допускали ли вы интимных отношений?..

— Отношение Анны Антоновны ко мне было всегда самое сердечное… Но ничего особого… предосудительного в наших отношениях не было…

— Не называла ли вас г-жа Ратнер Жоржем?.