— А как же?..

— Немедленно.

В кабинете Раймонда Дарка было безопасней, учитывая, что тот находился в стороне от остаточной магической силы, притягивавшей демонов. Но никаких гарантий.

Бетонные стены, нет окон, ведущих в павильон звукозаписи. Самым слабым местом оказалась большая дверь, которой пользовались плотники. Ее снова оставили незапертой.

Металл пронзительно заскрипел.

Генри в раздумье поднял бровь. Похоже, этот демон предпочел пройти сквозь дверь, а не открывать ее.

Как и следовало ожидать, дождь из вишен был все таким же раздражающим.

— Чертов сукин сын!

«Большая раздвижная дверь наполовину сдернута с рельсов. Сталь прочертили три параллельные линии. Чи-Би на стену полезет от ярости».

Что-то взвыло. На парковку вылетела вишня.

Тони уронил сумку с ноутбуком у стены и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Войди внутрь и посмотри, не нацелился ли он на тебя. Если нет, помоги Генри.

— А если да?

— Этого не может быть. Они должны учинить максимальный хаос, помнишь? А если тварь двинется прямо за той особой, которая стоит рядом с парнем, отправляющим демонов домой пинком под зад, то этого хаоса будет гораздо меньше.

— Это и впрямь очень убедительно.

Тони поднял глаза и увидел, что Лия задумчиво смотрит на него.

— Спасибо. А теперь шевелись.

Не дожидаясь ответа, он снова сосредоточился на ноутбуке, схватил язычок молнии ширинки — чарам был необходим металлический якорь — и повторил слова заклинания «Не замечай меня».

Этот демон не был чудовищем с щупальцами. Он вошел на двух ногах, как человек с карикатурным лицом — два глаза, нос и рот. Вот только глаза были сплошь оранжевыми, нос — почти невидимым под щитком хитинового панциря, а рот — безгубым. Другая часть панциря загибалась под поблескивающие клыки.

Окраска твердого покрова менялась под стать окружающей среде и теперь бледнела, переходя от цвета ночного неба к серым тонам бетона.

Генри хорошо рассмотрел щитки на той самой руке монстра, которая швырнула его через весь павильон так, что вампир врезался в противоположную стену. Когда демон опустил руку, с нее свисала желтая нейлоновая веревка, обмотавшаяся вокруг толстого запястья.

«Он быстр и силен, но и я не хуже.

Однако четыре руки твари составляют небольшую проблему».

По крайней мере, на сей раз Генри ухитрился не выпустить веревку. Он откатился назад, избежал полосующего удара, оставившего выбоину в полу, и сумел набросить петлю на ногу, когда она поднялась, чтобы наступить на него. Фицрой увернулся, закружился.

— Обитатель ночи!

Вампир бросил моток через левые руки демона.

Носительница демонских врат поймала веревку, хлестнула ею по полу.

Генри пнул демона сбоку в колено. Твердый хитин треснул.

Фицрой подхватил веревку и тут же получил удар такой силы, что треснули его ребра. Он рухнул на пол, и на мгновение ему показалось, что отец ревет: «Поднимайся!» Тот никогда не подходил к сыну, если того сбрасывала лошадь.

Вампир с рыком поймал руку, снова опускающуюся на него, и метнулся назад.

Слишком поздно!

Нижний клык разорвал рубашку и кожу вампира, пропорол его плечо. Комната наполнилась густым запахом его собственной крови. Сперва Генри подумал, что у него вспыхнуло перед глазами от боли, но потом увидел руну, формирующуюся в воздухе.

Демон отшатнулся от линий голубого огня и дал носительнице демонских врат шанс садануть его по голове какой-то фиговиной, напоминающей подставку для микрофона.