— Ты меня заинтриговала, — тихо засмеялся он. — Мне уже хочется с ними познакомиться. Но, желательно, издалека, со стороны.

— Правильно, близко не надо. Мне бы не хотелось ревновать тебя ещё и к ним, — поёрзав и устроившись поудобнее, серьёзно пробормотала я, бездумно очерчивая кончиками пальцев жуткие белёсые узоры на коже мужчины, будто надеясь их таким нехитрым образом стереть.

— А ты планируешь меня ревновать? — голос мужчины прозвучал очень озадаченно.

— Почему — планирую? Уже. Вот, например, я до сих пор не могу поверить, что вы с этой Рай просто друзья. Кстати, почему она «Рай»?

— Из-за фамилии, — тихо рассмеявшись, пояснил он. — Пожалуй, соглашусь с тобой, всё это очень странно и непривычно.

— Что я тебя ревную — странно? — улыбнулась я.

— Ну, это один из факторов. Я же говорил, я плохо помню, как выглядела жизнь до плена. То есть, события помню отчётливо, людей помню, поступки, даже какие-то эмоции. Точнее, плохо помнил; сейчас, с тобой, кажется, начинаю вспоминать. И это очень странно. Чувствовать, понимать, сравнивать…

Мы ещё некоторое время полежали в тишине и полудрёме. И я полушёпотом пробормотала, уже почти соскальзывая в сон:

— Там кофе остыл…

— Ну и Яростный с ним, — ответил мне Разрушитель. — Спи.

И я послушно заснула.

Дагор

Утро началось с громкого, решительного стука в дверь.

— Дагор, открывай, дело есть, — донёсся до меня из коридора приглушённый голос Кадира. Такой гость с утра пораньше (на часах было начало восьмого) меня, мягко говоря, озадачил, поэтому пару секунд я потратил на бесплодные размышления на тему «а что ему вообще от меня надо?».

В чувство меня привела Лейла.

— Ой, — тихо и озадаченно проговорила она. А потом, скатившись с дивана, забегала по кабинету в поисках своей одежды. Опомнившись, я тоже принялся торопливо одеваться. Было странное ощущение, будто нас поймали на месте преступления. Или родители не вовремя вернулись?

Стук повторился, и Иллюзионистка замерла на месте, прижимая к груди ком из одежды, и испуганно уставилась на меня. А потом и я, и она, кажется, сообразили наконец, что происходит.

Рассмеялись одновременно.

Лель, хихикая, на цыпочках убежала в уборную, а я, на ходу застёгивая брючный ремень, пошёл открывать дверь, аккуратно перешагивая через живописно раскиданные по полу книги.

— Киначий клык! — поприветствовал меня, очень ошарашенно разглядывая, коллега.

— Ты меня ради этого разбудил? — иронично уточнил я, впуская Разрушителя в кабинет. К моему удивлению, он был не один; за плечом Кадира маячила его помощница, Хайят. Причём она меня разглядывала со странной смесью удивления и восторга. Тут же вспомнив вчерашние слова Лейлы об этой девушке, я почувствовал себя довольно неуютно под таким взглядом. И, махнув в сторону дивана рукой, двинулся к столу в поисках рубашки. Я точно помнил, что она была где-то там.

Ожидания оправдались. Подобрав одежду с пола, я легонько встряхнул её, избавляя от пыли, и, надев, принялся заправлять в брюки. Гости всё это время стояли едва не посередине кабинета и смотрели на меня почти круглыми от удивления глазами.

— Кадир, ты зашёл исключительно полюбоваться на меня? Или экскурсию привёл? — чувствуя, что начинаю раздражаться, проворчал я.