— Хорошо, — кивнула я, решив не вступать в препирательства и не отвечать на провокационные вопросы.

И пусть я до сих пор отчаянно, как маленький ребёнок, цепляюсь за руку мужчины! Это просто лекарство, а от той странной глупой влюблённости уже не осталось и следа!

Иллюзионисты лучше всего умеют убеждать себя в чём угодно, так ведь?

Дагор

Мой неизвестный таинственный противник окончательно и бесповоротно обнаглел, если не сказать грубее. Нападение с применением магии разрушения не просто посреди города, а практически под дверями царской резиденции! Это даже не вызов, это прямое и грубое оскорбление, причём не только меня, а всей системы правопорядка и лично Его Величества.

Не уверен, что специалистам удастся опознать то, что осталось от нападающих, но отпечатки силы пары недоделанных магов я запомнил неплохо, и непременно опознаю, если заглянуть в картотеку.

Совершенно непонятно, зачем кому-то понадобилась жизнь магистра Шаль-ай-Грас. Из-за наследства? Глупость. Даже если не знают, что она от него отказалась, всё равно следующего наследника укажет Его Величество. Какие-то личные мотивы? Например, ревность к покойному дору Керцу? Тоже очень неубедительный вариант, мстящая женщина обычно избирает иные способы решения своей проблемы. Любимое женское оружие — яд, а группа наёмников с тройкой Разрушителей всё-таки говорят об участии мужчины. Но сразу сбрасывать со счетов этот вариант тоже не стоило.

Как конкурент она тоже вряд ли кому-то настолько помешала, но и об этом надо подумать. Есть ли у неё враги, никак не связанные с последним заказом? Кто-то завидовал её силе и свободе от Дома Иллюзий, а тут вдруг — приглашение от самого царя. С большой натяжкой, но такой сценарий тоже возможен.

Но самым логичным и правдоподобным казался вариант с устранением нежелательного свидетеля. Вот только свидетеля чего? Либо девушка и сама не понимает, что видела нечто важное, либо это событие попало под действие данной ей клятвы. Интересно, а не может ли Его Величество снять клятву в обход Совета Дома? Это могло бы объяснить срочность и место нападения. Но, с другой стороны, почему нападавшие уверены, что она не успела всё рассказать сразу царю? Нет, больше похоже, что место нападения — выбор конкретных исполнителей. Обрадовались, что цель вышла за пределы защищённого дома, а по дороге туда напасть не рискнули; всё-таки, в отличие от меня, генерал-лейтенант Берггарен личность широко известная. Вот и воспользовались подходящей возможностью.

С клятвой тоже всё непросто. Почему-то Владыки Иллюзий совершенно не торопятся её снимать, повинуясь царской воле. Напрашивается единственный вывод: им самим зачем-то нужно, чтобы клятва оставалась в силе. И вот это мне уже очень, очень не нравится!

Хотя у Иллюзионистов вечно всё не как у людей. Как же я не люблю с ними связываться! Лицемеры. Уж их Владыки — так все поголовно. Старые, прожжённые, опытные лицемеры.

Впрочем, «не как у людей» можно сказать про всех них, даже про лучших.

Взять хотя бы магистра Шаль-ай-Грас. Словами не передать, насколько она меня удивила своим поведением! Когда закончил с нападающими, был готов к чему угодно: страху, панике, упрёкам, слезам. Это нормальная, совершенно естественная и привычная реакция психически здорового человека на применение Разрушителем силы.

Слёзы я, конечно, получил в изобилии; но мог ли ожидать, что девушка возжелает разреветься у меня на груди?! У страшного Разрушителя, только что одним усилием воли превратившего в кровавую пыль семь человек. Она рыдала от страха, но — не передо мной. Я не пугал её от слова «совершенно».