Кайл открыл рот, словно собирался что-то сказать, и Уокер слегка воспрянул духом. Если этот тип скажет какую-нибудь гадость, то у него появится повод подраться. А может, он первый начнет – тогда совсем хорошо. Нет лучшего способа отвлечься от грустных и тяжелых мыслей, чем хорошая потасовка. Так сказать, физическая активность.

Потом Томас вспомнил, что Леонора отзывалась о своем бывшем, как о человеке современных взглядов, и решил, что Кайл пребывает в шоке не потому, что увидел незнакомого мужчину в доме невесты, а потому, что мужчина этот выглядит как гангстер после разборки с конкурентами: кровоподтеки на ребрах, ссадина на скуле и разбитые кулаки.

Будущий профессор сумел-таки вернуть на место отвисшую челюсть и выдавить:

– Вы кто такой?

Леонора, которая во время немой сцены спокойно пила чай, ответила за Томаса:

– Это мистер Томас Уокер. Он мой друг. – Последнее слово было сказано с явным ударением.

Томас кивнул в знак приветствия и небрежно сказал:

– Рад встрече, Деллинг.

Пусть не думают, что он несовременный.

Кайл опять вытаращился на него, словно не ожидал, что этот помятый тип умеет разговаривать. Тем временем к Томасу вернулись ощущения, и он поискал глазами пузырек с обезболивающими таблетками. Они стояли на краю стола. Проследив за его взглядом, Леонора мягко сказала:

– Не стоит принимать это на пустой желудок.

Она отставила кружку с чаем, извлекла из тостера теплый подрумяненный хлеб, ловко намазала его маслом и протянула Томасу. Он быстро сжевал тост, а потом запил таблетки соком. Несколько секунд раздумывал, что бы такое сказать Кайлу. Не придумав ничего подходящего – то есть вежливого, – он опять принялся за тосты.

– Пока ты был в душе, звонила Кэсси, – сказала Леонора. – Маргарет Льюис согласилась пообщаться с нами сегодня утром. Дэки и Кэсси заедут сюда в десять.

– Хорошо. – Он бросил взгляд на часы. Полвосьмого. – У меня полно времени. Пойду домой, переоденусь, погуляю с Ренчем…

– Что с вами случилось? – перебил его Кайл. Он обрел наконец способность разговаривать и теперь не мог сдержать любопытства. – Въехали в кирпичную стену?

– Несчастный случай на пешеходном мостике. – Томас продолжал есть. – Опасное место – беговая дорожка.

– Да? – Кайл с сомнением смотрел на его синяк под глазом. – Похоже, вы побывали в хорошей драке или что-то вроде.

– Что-то вроде. – Томас встал. – Вы уж простите, но мне пора. Дела. Увидимся в десять, Леонора.

– Хорошо. – Она улыбнулась.

Томас подошел к ней, наклонился и поцеловал. Может, чуть крепче, чем стоило на глазах у бывшего жениха. Леонора не отстранилась, но по ее глазам Уокер видел: она прекрасно поняла, что это был способ застолбить территорию, чтобы на нее не посягал другой самец. И ее это позабавило. Томас, заметив смешинки в глазах Леоноры, уже начал было расстраиваться, что проявил себя как юнец, поддавшись инстинктам. Но в этот момент заметил, что челюсть у Кайла опять отвисла и он выглядит ошарашенным. Настроение Уокера моментально улучшилось; похоже, избранная тактика вполне себя оправдала.

– Увидимся, – бросил он Кайлу. Тот молча вытаращился в ответ.

Томас забрал пиджак и открыл дверь. Леонора вышла за ним на крыльцо.

– Это было не слишком романтично, – мягко попеняла она.

– Мне нравится думать, что наши отношения прогрессируют.

– Что ты называешь прогрессом? Эту демонстрацию, которой ты только что перепугал беднягу Кайла?

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.