– Позволь мне проверить, правильно ли я тебя поняла: ты просишь меня пойти с тобой на прием, потому что наше присутствие обеспечит Дэки и Кэсси моральный комфорт и уверенность в себе?

– Не купилась, да?

– Глупо было надеяться. Они оба взрослые и прекрасно справятся сами.

Томас встал и подошел к окну. На холмы быстро опускалась ночь. Он не мог видеть клубящийся туман, который надвигался с залива, но почему-то точно знал, что скоро все кругом затянется влажной мглой.

– Позволь мне задать вопрос по-другому. Не хочешь ли ты сходить на прием, который состоится в субботу в Зеркальном доме?

– С тобой?

– Так точно, мэм. Со мной.

– Ну конечно. – Голос ее прозвучал вдруг нежно. – Я очень даже хочу пойти.

Томас смотрел на отражение своего лица в оконном стекле. Лицо выглядело до невозможности счастливым.

– Кстати, Дэки просил передать, что фонд Бетани Уокер готов финансировать работу по составлению каталога до конца. И он, Дэки Уокер, будет счастлив, если ты согласишься и дальше трудиться на посту библиотекаря Зеркального дома.

Леонора ответила не сразу.

– Мне надо подумать, – сказала она. – Возможно, эта работа займет несколько месяцев.

– Наверное. – «Несколько месяцев – это очень долго», – с надеждой сказал себе Томас.

Она молчала, и он неожиданно даже для себя выпалил:

– Но, в конце концов, я могу переехать в Мелба-Крик.

– Томас…

– Я опять спешу, да?

– Нам обоим некуда торопиться. Осторожность…

– Ты права. Как всегда. Как же я мог забыть: семь раз отмерь, один отрежь! Подумать только, а ведь я столяр и плотник – это один из основных принципов моего мастерства.

Леонора засмеялась и мстительно сказала:

– Вообще-то я не планировала ничего отрезать…

– Боже, ты сняла такую непомерную тяжесть с моей души!

– Ну хорошо. Мы все обдумаем, но на это нужно время. А пока ты вполне можешь зайти, например, на обед. И Ренча я тоже приглашаю.

– Это прекрасная мысль. А можно я захвачу свой инструмент?

– Неужели ты хочешь еще раз продемонстрировать мне свое мастерство?

– Не раз, милая, не раз.

Этой ночью Томас любил ее как настоящий мастер своего дела. Этот человек привык уделять внимание деталям. Кто бы мог подумать, что она столь чувствительна там!

– Томас.

– Сожми еще немного.

– Томас…

– О да, я чувствую, как твои мышцы напрягаются и становятся тверже.

– Томас!

– Нет-нет, мы же договаривались – ты не должна двигаться. Только там.

– Черт бы тебя побрал, Уокер! – Она едва не свалилась с кровати.

Затем она устроилась сверху. Томас смеялся. Но потом смех затих, и остались лишь прерывистое дыхание и сверкающая волна, прокатившаяся по их телам. Через некоторое время он уложил ее рядышком, чтобы обоим было уютно и тепло.

Леонора заснула, спокойная и счастливая. Теперь она может уснуть спокойно – ведь все ответы получены. И Мередит тоже может спать спокойно.

Она опять в бесконечном коридоре, полном зеркал, и вновь надо бежать от опасности, которая угрожает ей. Нельзя смотреть в темные зеркала, хотя они так и притягивают взгляд.