– Да, конечно. Жизнь продолжается.

«Надо же, – с удивлением подумал Томас, – а ведь я тоже произносил эти слова, когда рассказывал Леоноре о своем разводе». Но теперь… теперь все по-другому. И случись ему потерять Леонору, он не сможет сказать эти спокойные слова.

– Что ж, Деллинг, надеюсь, вам удастся заполучить место в штате.

– Спасибо. – Кайл растерялся от столь неожиданной доброжелательности. – С чего это вы?

– Потому что я не хочу, чтобы в один прекрасный день вы опять тревожили Леонору проблемами вашего карьерного роста. – Крышка сундучка с инструментами захлопнулась. – Понятно?

Деллинг поморщился:

– Понятно. Что ж, позвольте мне тоже пожелать вам удачи. Не думаю, что у вас есть хоть малейший шанс жениться на Леоноре, но тем не менее… Кстати, скажите, это чудовище, привязанное у магазина, ваше?

– Ренч? Да, это мой пес, а что?

– Да так. В жизни не видал животного страшнее. Кто были его родители?

– Не знаю, никогда его не расспрашивал.

– Он кусается?

– Порвет на части, если ему не понравится ваш галстук… и если я дам команду.

Кайл повернулся и пошел прочь. Томас стоял на месте, прислушиваясь. Вот колокольчик над дверью звякнул, возвещая о том, что этот слизняк покинул-таки магазин. Только тогда Уокер двинулся к прилавку.

Гас Питни, хозяин магазина, читал газету, удобно расположившись у кассы. Он взглянул на Томаса поверх очков. Уокер, не склонный к литературным сравнениям, вдруг подумал, что этот человек – как и его магазин – поражает своей глубиной даже с первого взгляда. А уж если покопаться…

– Я уж думал, вы там потасовку устроите, – буркнул Гас.

– Такие джентльмены не машут кулаками. Они вместо этого печатают статьи в журналах. – Томас поставил набор инструментов на прилавок.

– Да ну?

– Точно.

Увидев в руках Томаса бумажник, Гас удивленно вздернул брови:

– На кой черт тебе такой набор? У тебя дома, должно быть, каждая такая отвертка в пяти экземплярах!

– Это подарок. Как насчет праздничной упаковки? Ну, такой красивой бумаги?

– Праздничная упаковка? У меня тут что, по-твоему, сувенирная лавочка?

Гас достал пакет из плотной коричневой бумаги:

– Вот. Самая красивая упаковка.

– Пойдет. – Томас решил зайти в магазин канцтоваров дальше по улице и разжиться там чем-нибудь более изящным.

Гас неторопливо выбивал чек на допотопном кассовом аппарате. Не удержавшись, он спросил:

– Из-за чего был сыр-бор-то?

– Профессор Деллинг и я дискутировали на тему о важности подбора инструментов – по качеству и целевому назначению.

– Ага. – Гас засунул набор в коричневый бумажный пакет и важно изрек: – Самый лучший инструмент в мире бесполезен, если его взял неумеха.

– Полностью с тобой согласен, – кивнул Уокер.

Кэсси показалась на пороге своей спальни, облаченная в халат, волосы обернуты полотенцем. Она несла на вешалках два платья.

– Которое?

Леонора откинулась на стуле, соединила перед собой кончики пальцев и принялась внимательно оглядывать ассортимент. В левой руке Кэсси держала короткое и сексуальное черное платьице. Оно было абсолютно новое – даже этикетки не срезаны.

Справа имелось воздушное шелковое платье в бежевых тонах.

– Лично мне нравится черное, – твердо заявила Леонора.

– Ну, не знаю, – с сомнением протянула Кэсси.