Пауль передал рукопись одному из телохранителей, который взял ее с такой осторожностью, словно это было либо святое писание, либо ценная улика.

— Да, он предсказуем, но именно поэтому полезен.

«Как и я», — подумала Ирулан.

ЧАСТЬ VI

ЮНЫЙ ПАУЛЬ АТРЕЙДЕС

10187 год эры Гильдии

~ ~ ~

В джунглях Каладана Пауль Атрейдес понял и осознал пользу жестокости, оценил преимущество преследования врага перед ролью отступающей жертвы. Глядя на это с высоты нашего времени, мы можем считать это одним из факторов, сделавших Пауля Атрейдеса самым агрессивным властителем за всю историю империи. Он принял необходимость преследования и уничтожения врагов без малейшего к ним сочувствия и сожаления.

Во время первой своей настоящей войны, когда Пауль вместе с отцом сражался на Груммане, он увидел, как насилие заражает людей иррациональностью, как ненависть затмевает разум. Именно тогда он понял, что самый опасный враг — это не тот, который лучше вооружен, а тот, кому нечего терять.

Не остро отточенный клинок превращает меч в хорошее оружие, а искусство воина, сражающегося им.

Когда они с Дунканом присоединились к армии Атрейдесов на Эказе незадолго до отбытия объединенных сил на Грумман, Пауль с гордостью надел военную форму каладанских герцогов. Уцелев после испытаний в каладанских джунглях, Пауль не хотел предстать перед отцом как баловень или кадет, не знающий, что такое пот и грязь под ногтями. Пауль уже давно заметил, что ни один из ветеранов — таких, как Дункан или Гурни, — не отличается изысканностью во внешности и манерах. Напротив, наружность изобличала в них закаленных бойцов, оружие видало виды, поистершись от частого употребления и чистки. Их мечи были не игрушками, а настоящим оружием, испытанным в деле.

Пауль с Дунканом отправились в космопорт, находившийся недалеко от Эказского дворца. Армии Атрейдеса и Эказа готовились к удару по виконту Хундро Моритани. Мощи этих объединенных сил должно было с избытком хватить на то, чтобы сокрушить правителя Груммана и отомстить за всех, кто был убит в результате гнусных злодеяний виконта.

Пауль и Дункан нашли герцога Лето стоящим в тени атрейдесовского фрегата. Молодому человеку не терпелось рассказать отцу о пережитых им приключениях. Прольет ли герцог слезу, узнав о смерти своей матери?..

Лето наблюдал за погрузкой своих войск, стоя на нижней ступени трапа. Пауль мгновенно заметил у отца темные круги под глазами. Сердечные раны герцога еще не зажили после смерти Виктора и Кайлеи и трагедии Ромбура. Убийство Илесы нанесло Лето новые раны, причинили страдания, и, присматриваясь к отцу, Пауль не мог не заметить, каким утомленным был его взгляд. Герцог тоже преодолевал муки, но здесь, на Эказе.

Он обнял Пауля, стараясь не показать прилюдно свою радость и чувство облегчения. Лето улыбнулся мастеру меча:

— Дункан, ты сохранил мне сына.

— Как вы велели, милорд.

Стараясь не обращать внимания на проходящих мимо солдат, проверявших оружие и поднимавшихся на борт вслед за своими командирами, Пауль и Дункан рассказали герцогу свою историю. В ответ Лето рассказал, как собственными руками убил Прада Видала. В словах герцога не было ни гордости, ни похвальбы.

— В этом и заключается война убийц, Пауль. Только враги должны встречать смерть, но не мирные жители.

К ним подошел Арманд Эказ в сопровождении двух одетых в серое делегатов Гильдии — мужчины и женщины. Правда, оба эти существа выглядели на удивление бесполыми.

— Лето, нам надо согласовать некоторые формальности. — Пустой рукав был приколот к кителю словно знак отличия; Арманд поправился настолько, что уже мог исполнять свои обязанности без скидок на болезнь. — Формуляр и соглашения.