|
Он кивнул дворецкому, который удалился доставить необходимое.
– Итак, – заявил граф, садясь поудобнее и сложив руки на животе, – похоже, у нас есть кое-что общее.
– Кажется, общий враг.
Он кивнул. Дворецкий принес мне вина, а графу – рюмку той же янтарной жидкости, что и в прошлый раз. Мы оба отсалютовали друг другу и пригубили выпивку. Вино оказалось чуть слаще, чем в прошлый раз, и с умеренным содержанием пряностей.
«Так, босс. Они расходятся. Я за ним.»
«Хорошо.»
– Мое предложение, – начал граф, – заключается в следующем: обменяемся сведениями. Я подозреваю, что вы знаете о вещах, которые помогут мне проследить, кто стоит за убийствами, и уверен, что могу предоставить вам сведения, полезные для вас.
Я кивнул.
– Звучить разумно, и я склонен согласиться.
– Склонны?
– Есть кое-что, господин граф, что я хотел бы понять, прежде чем заключать какие-либо сделки.
– А именно?
Я отпил немного вина и попытался сформулировать это получше. Непростая задача.
– Какого рода сведениями, по-вашему, я обладаю, господин граф?
– О, очевидно, что вы предприняли собственное расследование. Разве вы ничего не выяснили?
– Быть может, – проговорил я. – Но знаете ли, у меня нет особых талантов по этой части. Я просто задаю вопросы, так, как сделал бы любой другой.
– В самом деле?
По его голосу я не мог заключить, он просто сомневается или знает, что я лгу. Этого я и ждал.
– Да, – сказал я. – Вот это-то меня и озадачивает. Спрошу напрямик: в чем именно я могу быть вам полезен?
– Что ж. – Граф сделал глоточек и облизнул губы. – Вопрос непростой.
Я кивнул и позволил ему еще поразмыслить, потягивая вино с прежним невинно-вопрошающим видом.
– Пожалуй, – решил он, – потребуется небольшое вступление.
– Отлично, я слушаю.
– Мельницу построил мой дед, восемьдесят три года назад…
Он сказал что-то еще, но голос его меня не достиг.
«Босс?»
Еще вина. Рот совсем пересох. Бокала в руке не было. Странно.
«Босс?»
И я не мог двинуть рукой.
Голос графа жужжал где-то там, в отдалении.
Щека моя лежала на очень твердом полу.
Часть четвертая. Нотонид
«В настоящее время бОльшая часть натурфилософов согласна с тем, что состояние нотонида, несмотря на краткую продолжительность, представляет собой отдельную стадию; но это состояние постоянного превращения. В этой стадии, сопровождаясь потерей девяноста процентов массы, происходит формирование крыльев и ядовитой железы, а также оплодотворение яиц. И все это занимает невероятно краткий срок, максимум несколько дней. Нет необходимости упоминать, что на протяжении всей стадии джагала исключительно уязвима…
В этом состоянии наблюдаются два интересных и противоречивых феномена. С одной стороны, интенсивное давление постоянной трансформации перекрывает любые личностные характеристики всякого отдельного нотонида, реагируют они совершенно одинаковым образом. И тем не менее, как и прочие организмы, никогда нотонид не проявляет свою САМОСТЬ столь явственно, как под интенсивным давлением. Так что будущий характер левидопта вполне различается уже в нотониде, если только знать, куда смотреть…»
11.
Бораан: Как ты полагаешь, почему это продолжается так ужасно долго?
Лефитт: Это вряд ли было бы наказанием, будь оно коротким.
Бораан (к зрителям): О да.
ДВИЖЕНИЕ бессмысленно, если нет ВРЕМЕНИ. |