«Девицы» уверенно проделали столь же нелегкий путь в обратном направлении и, благополучно миновав охрану и ОМОН, вскоре оказались в ЗИМе, где радостно хрюкала родная Дуська. Парни первым делом яростно бросились срывать с себя бабские тряпки, превращая тонкую ткань в лохмотья, а потом с любовью и нежностью натянули на себя родную помятую одежду.

— Никогда, больше никогда, — плевался Пастух, стягивая с себя женский бюстгальтер невообразимого размера.

— Что — никогда? — спокойно спросила Жаннет, поправляя свой макияж.

— Никогда больше не буду гоняться за Злючкой. Как же он, бедный, мучается, — пробубнил под нос главарь джаз-банды.

Некоторое время все деликатно молчали, пока Пастух не нарушил эту тягостную паузу:

— Непрушный день, да, Жаннет? С самого утра все как-то не заладилось.

— Да, ТВ — сложная штука, Костя. Тут штурмом не получится, надо хитростью брать.

— Ну давай, лиса… Делись своими хитростями. В кого теперь меня переоденешь?

Пастух уже был готов вылить накипевшее за день на деловитую Жаннет, но тут голос подал раздухарившийся Кащей:

— Штурмом ли, хитростью ли — какая разница?! У нас все равно пока нет клипа, так чего рыпаться раньше времени? Вот у нас в панк-банде раньше такие клипы зашибательские были — отвал башки!

— Угу, то-то ты сегодня башку этому чудиле в полосатой рубашке чуть не отвалил.

— Мальчик прав, Костя, — вступилась Жаннет за Кащея, у которого зашкаливал адреналин. — Ты хоть знаешь, как клипы снимают? Это ж на месяц минимум заморочек — продакшн-постпродакшн, сценарий, клипмейкера модного найти, павильон, декорации построить, съемка, модели, монтаж.

— Ой-ой-ой, как страшно, — передразнил ее Пастух, вышвыривая за окно свое атласное синее платье. — Ты где так наблатыкалась в клипах-то этих?

— Я что, по-твоему, в клипах никогда не снималась? — оскорбилась Жаннет. — Был у меня один режиссер.

— А оператора у тебя не было, а?

— Два. А может, и три. Клевый один.

— В смысле — как я?

— Нет, в смысле — как оператор!

— Ну и фигня делов! Звони своему оператору, научу вас, черепах столичных, как быстро клипы снимать. Слышь, Кащей, где у вас тут кабак попушистей, чтоб попугаев побольше собиралось?

— В смысле — ярких фриков? А может, готов? Может, панков? Или трансов? — разошелся не на шутку развеселившийся молодой человек, повязывая свой платочек свинье на хвост.

— Так, положим, трансов нам на сегодня достаточно, — скептически заметила Жаннет.

Пастух поддержал подругу:

— Это точно. Панков тоже не надо. У нас же клип достойный должен быть, а не побоище помойное. У них там цепи, браслеты с шипами всякие-видел я их. А кто такие готы?

— Ты чего задумал, дьявол черноморский? — удивилась светская львица.

— Сейчас расскажу. Так чего за готы-то?

— Да не яркие они вовсе, отстань. Обмороки такие бледные, типа вампиров, все в черном, ногти, губы. Музло у них сообразно заунывное. Про смерть, любовь до гроба и кладбища.

— Круто, — вдохновился Пастух услышанным. — Такая нечисть до нас еще не доезжала.

На минуту Пастух замолчал, смешно морща лоб, а потом выдал ценные указания:

— Знаешь, где они тусуют? (Кащей кивнул). В общем, так, Жаннет, чтобы к девяти вечера этот твой оператор был у клуба этих ваших готов. Заплатим ему тройник, клип будем снимать черно-белый и с двух дублей.